Немного придя в себя, изобразил сдержанный восторг по поводу предстоящей встречи. И быстренько смылся под тем предлогом, что мне нужно подготовиться к долгожданному воссоединению. Мою первую реакцию алхимик, похоже, списал на шок от неожиданности. Понимающе улыбался и говорил, что разделяет радость. Слава богу, а то еще и он заподозрил бы неладное.
Нет, ну надо же, а! Сроду эльфов в Торлопе не видели, даже старая Агнеска об этом не слышала, и только я здесь освоился — они тут как тут, длинноухие сволочи! Что им в родных лесах-то не сиделось! Совпадение ли?
Никогда Штирлиц не был так близок к провалу. Это людям я могу вешать лапшу про исцелителя из Перистальтики. И то с трудом. Но эльфы-то вмиг распознают «сородича»-самозванца, даже под капюшон заглядывать не надо. Лишь бы им никто сейчас не успел рассказать про лекаря-колдуна. Все же время позднее, а они с дороги, вряд ли станут долго общаться с местными. Сбегу. Должен сбежать.
Мне не привыкать, в конце концов. Все равно собирался уходить, и Агнеска еще… Плохо, что в такой спешке, не подготовившись… Ну да что уж теперь. Могло быть гораздо хуже. Главное — с этими… высокорожденными случайно не пересечься. Легенда после такого суматошного бегства полетит к чертям, но уже не важно. Отправлюсь в этот городишко — как его там, Грику, будь он неладен. Карту и письмо я забрал. О том, что намереваюсь туда, знает только Агнеска, а она никому не скажет. Не в ее интересах. Городок далеко, эльфы туда просто так не потащатся.
Если только не ищут меня специально. Но все равно не узнают, куда я двигаюсь. Не будут же хозяйку пытать.
Оставшуюся часть города я пересек почти бегом. Точнее, бежал, пока меня никто не мог видеть, и замедлял шаг на главных улицах. Даже плюнул на предосторожности и срезал путь переулками. Один раз нарвался на местных гопников, но длинные уши, горящие глаза, скрюченная рука и злобная ругань сработали безотказно.
В свой сарай я вломился, на ходу простучав твари условленный сигнал по стене. За ширмой цокнули хитином и вопросительно заскрипели.
— Нам нужно уходить, — бросил я, заглянув туда. Зверюга опять недоуменно скрипнула. Ах да!
— Нужно уходить, — повторил, развернувшись к двери и потоптавшись на месте. Затем трижды размашисто указал туда, где озеро.
Тварь поднялась с пола, приблизилась, положила мне руку на плечо. Заглянула в лицо человеческим глазом. Бр-р, ну и морда все-таки.
— Все нормально пока, — я пожал плечами и изобразил улыбку. — Но бежать надо быстро. Иначе… эльфы, в общем.
Ай, ну кому я объясняю! Некогда устраивать пантомиму. Просто провел пальцами по уху, по всей длине. И показал четыре пальца, потом — в сторону города. Повторил. И понял: что-то не так.
Тварь замерла, будто к чему-то прислушиваясь, затем неуверенно пискнула и потянулась к моему уху. Наклонила голову, шагнула на меня, чуть не впечатав в стену. Вздрогнула всей тушей, вновь потянулась к уху.
— Да-да-да, они! — раздраженно процедил я и начал скидывать в тряпичную сумку свои немудреные пожитки. Эх, сколько всего бросить придется… И приличную куртку лучше не надевать, слишком броская.
Косатка-скорпион не двигалась. Лишь смотрела куда-то мимо меня, а глаз медленно заполнялся слезами.
— Эй, что такое? — нахмурился я. Но тварь по-прежнему не реагировала. А потом и вовсе… отодвинула меня и проломила стену сарая! И рванулась — в город!
Я едва успел выскочить через пробоину вслед, чтобы увидеть, как чудище скрывается за портовым складом. Пара заборчиков, которые подвернулись ему по пути, разлетелись в щепки. Это ж какая скорость! Да оно через пару минут будет в жилых кварталах!
Оскальзываясь на подмерзших лужах, я побежал за обезумевшим зверем. Тут же одумался, вернулся к сараю, бесцельно кинул в сумку какие-то склянки. Что я могу сделать? Как остановить гору мяса, которая несется по городу, потеряв самый главный инстинкт? А ведь казалась такой умной…
Что я могу сделать? Разве что умереть вместе с ней. Как ее спасти?..
И что вообще случилось?
Через несколько мгновений раздался громкий треск. Вскочив, я метнулся к пролому.
У склада больше не было угла — его снесла туша, которая мчалась обратно, не разбирая дороги. Но погони за ней я не увидел. Кажется, остатки самосохранения взяли верх над монстром.
Оглушительный стон, переполненный тоской, разорвал воздух. Никогда я не слышал, чтобы голос кита был так похож на человеческий. И чтобы он вмещал в себя столько горечи.
Косатка-скорпион, не останавливаясь, плюхнулась в озеро, взметнув фонтан брызг. Хорошо, что лед уже сошел — так бы она и убиться могла. Колыхнулась водная гладь, разошлись волны — и тварь была уже далеко.
Пожалуй, только что я остался один в чужом мире. Стараясь отвлечься от посторонних мыслей, я наспех сгреб с полки все мензурки, которые там оставались. Накинул поверх рубахи свою прежнюю хламиду с капюшоном. Так лучше, от нее тут уже все отвыкли. Хорошо, что руки не дошли выбросить.
Завязал сумку и покинул свой домишко. Мне тоже пора прочь из этого города. Тем более — после таких шумных… прощаний.
