Накануне седьмого ноября Саша провожал её после скучных посиделок в безалкогольном кафе. С ними были его приятели, и поэтому планов на нежное прощание он не строил. У её дома они остановились под тусклым жёлтым фонарём. Смеялись. Один из друзей рассказал анекдот о нехватке денег на красивую жизнь — на вино и такси. Пока все ржали, Саша опустил взгляд, и вдруг из мутной воды той лужи, в которой он топтался, чтобы быть ближе к Анжеле, профиль Ленина с причёской, напоминающей лавровый венок, так стебанул его по глазам, что он на несколько секунд забыл, как дышать. Он поднял из осенней хляби сине-лиловую банкноту достоинством в двадцать пять рублей. Все онемели. Но ненадолго.
После взрыва общего ликования было принято решение послезавтра красиво отметить очередную годовщину октябрьской революции. Анжела пообещала договориться с приезжими одногруппницами и с вахтёром в общежитии. «Теперь-то уж наверняка!» — застучала кровь в голове. Анжела ликовала больше всех. Приятели Саши тоже, но с плохо скрываемой завистью.
Осмысливая свою никчёмную жизнь сейчас, в 2020-м году, Сан Саныч пришёл к выводу, что в тот далёкий вечер он получил от судьбы самый ценный подарок.
Последний трамвай уже час как пришвартовался в депо. Обсуждая, сколько и какой выпивки брать на праздник, юноши шли домой пешком. Мысль о такси даже в голову не приходила. Полтора рубля! Жёлтые глаза фонарей в лужах, чёрное небо рукой достать, промокшая обувь, холодно. А они всё смеялись, докуривая на троих последнюю сигарету. Саша мечтал об Анжеле, его друзья о её подругах.
На следующий день Анжела уехала к сестре в Горький… По крайней мере, так сказала её мама в телефонном разговоре. Саша впал в депрессию. Ему ещё никогда не приходилось испытывать столь изощрённого женского вероломства. Вся праздничная серость осени навалилась на него неотвратимо и безжалостно. Осень смеялась над ним, умирала со смеха.
Приятели вздохнули, но не больше. Забудь! Четвертной с собой? Погнали!
Водка и хеви-металл сняли стресс. Закуски не было. Пили на живописном заднем дворе краеведческого музея. Их было человек двенадцать подростков и один взрослый мужик, который помог малолеткам приобрести этот водочный водопад.
— Высоцкого нет, — кричал ему Барсуков, — «Тач ту мач» слушай!
