«Осторожно! осторожно… не прекращать движений. Не давить! Аккуратнее!»
– Да-да-да… вот так, вот так плавно, не останавливаясь…
«Затаиться!»
– Да-да-да… почти не дышу.
Дыхание короткое, чуть-чуть вдохнул… чуть-чуть выдохнул, чтобы не заглушить звуки едва слышные и… звуки ли это? Откуда? Может просто тишина звенит? Или так тихо, что слышна жизнь? Кровь по венам и артериям, сердце: бух-бух, бух-бух, мышцы сжимаются-разжимаются. Но что-то ещё есть… тонко-звенящее, слёзы подступают, тоска какая-то. О чём? О чём-то прекрасном, утраченном и невозвращённом. Но не забытым. Что это?
«Что – «Что «это»?»
Вопрос-вопрос-вопрос и каждый погружает в тёмную безбрежную пучину – ни названий, ни указателей, ни ориентиров. Тело соприкасается с неопознаваемым пространством и Ягги чувствует это соприкосновение каждой частью тела, и чувствует, что он видит и слышит в этой абсолютной тьме.
Но он не понимает, что он «видит» и что «слышит» – ведь «это» не в пространстве, в котором окно-ладони-свет, просто всё это совсем иное, и восприятие этого «иного» иначе как «видеть-слышать» не назвать, хотя это совсем не «видеть-слышать», здесь ни света, ни звука.
Нет названий!
И нет страха, и нет беспокойства и даже простого любопытства нет, но какая-то властная сила неумолимо влечёт в эту бездну.
Ягги чувствует её прикосновение… сразу и везде.
«Куда затягивает? Во что ввергаюсь?»
– Это музыка? Это потому, что музыка?
Ягги осторожно коротко вдохнул и… бездна подхватила его вдох тепло-холодной волной из глубины во все стороны через грудь и сердце… Ягги едва начал выдыхать, но накатила новая волна, прервав выдох, и он снова вдохнул, но сразу другая волна, затем ещё волна, ещё, и каждая подхватывает-подхватывает, принося энергию, которая заполняет-заполняет… Всё! Уже не вдохнуть! Но волны продолжают накатывать-накатывать и снова накатывать…
Тело напряжено, вот сейчас взорвётся, оно как тигр перед прыжком!
Ягги осторожно, очень тихо и непрерывно пытается снизить напряжённость, но не утратить «тигра перед прыжком», этого упоительного состояния готовности! К чему? Да всё равно, к чему угодно!
И всё прекратилось!
Ни вопросов, ни тревог, ни беспокойства.
Только волны энергии из неизведанных и недостижимых пространств…
Дыхание Ягги совпадает с ритмом этих волн, и вслед за дыханием тело становится пластичным, податливым, оно и есть эти волны… оно и есть музыка!
Луч света пересёк ладони рук!
Ягги отводит взгляд от ладоней и вглядывается в небесную синеву…
И вслед за движением взгляда… неожиданно… внезапно… появилось…
«Я – царь, я – раб, я – червь, я…» – воскликнул он строки древнего поэта. Ясно, ритмично… Первые слова вырвались свободно-радостно, с нарастанием восторга и душа возликовала, открываясь чему-то прекрасно-восхитительному, наполняясь счастьем и безграничным блаженством – «царь-раб-червь» – и на вершине этого состояния вдруг как будто криком вырвалось: «Я – бог!»… и как задохнулся, как о преграду ударился, но продолжил по инерции, почти прошептав перехваченным дыханием, уже без восторга и радости: «Я – всё…» И сразу – «Что? Что «всё»?» – всем существом, в невероятном напряжении почти до оцепенения.
И никого кругом… и только…
Мысли-мысли-мысли, одна за другой, поперёк и вдоль – быстро, быстро, просто стремительно… возникают, исчезают… не громко и властно, но как-то шумно, беспокойно, как птицы в голубятне!
«Всё здесь и «всё» есть ABSOLUTUS».
ABSOLUTUS
Свод законов и правил
– Доктор, у меня такое ощущение, ну, вы знаете, как будто в голове какой-то улей пчелиный, или голуби живут.
– Мешают? Шумят?
– Я как бы понимаю, что в голове только мозг, но шум-то реальный! Я даже некоторых узнаю.
– Это как?
– Ну они же разные!
– Кто?
– Птицы! Одни робко-ласково воркуют, как бы уговаривают кого-то, может даже и меня, но о чём?
А некоторые как будто орут на всех – А ну, отвали, не видишь кто здесь! А один даже общается со мной, что-то рассказывает, иногда жалуется, может на того шумного… я даже имена их знаю! Который жалуется, это Воркутой… а тот, агрессивный, громкий – Шумотон.
– А пчёлы?
– Я думаю, что они где-то рядом, когда голубей мало, то слышно, как пчёлы гудят.
– Вы уже обращались куда-нибудь?
– Ох, доктор, одних только лекарств, наверное, тонну съел и выпил…
– Но я-то не доктор, я лекарств не назначаю.
– Но вы же целитель, вы мне поможете?
– И в чём?
– Ну, их как-то выселить надо.
– И куда?
– Туда, откуда они прилетели, пускай домой возвращаются.
– Так может они как раз в дом и вернулись?
– Ко мне?
– Ну, да!
– Доктор, не надо так шутить, я же не сумасшедший.
– Ну, хорошо. Начнём с голубей.
Доктор, который не доктор, подходит к «голубятне», слегка постукал по макушке, прислушался, спрашивает:
– Заволновались?
– Нет.
– Тихо?
– Тихо…