– Меня пропустили без очереди, – усмехнулся Монти. – Увидели трость и протез, наверное, решили, что я мечтаю отрастить здоровую руку или ногу. Одна дама мне прямо так и посоветовала подставить протез под струю воды.
– А на меня тоже все пялились! – включилась Берди. – Наверное, тоже пытались угадать, какой недуг меня терзает. Но я честно выпила воду и умыла лицо, вот.
– Пока ребята развлекались, я порасспросил народ, – продолжил Хопи. – В целом все, как мы и думали. Кто-то в это время был еще дома, собирал детей в школу, кормил мужей завтраком. Около восьми многие отправились за ранними покупками к зеленщикам и в бакалею. До ленча все домохозяйки были очень заняты, об убийстве узнали от матери Марты, миссис Стивенс. Сегодня была не ее очередь дежурить в церкви. Обычно несколько прихожанок являются с утра пораньше, чтобы убрать святилище, зал собраний и другие помещения, кто-то готовит пастору Линкольну завтрак, кто-то занимается садом, срезает цветы на букеты. Желающих, кстати, довольно много, так что они составляют что-то вроде расписания.
– Разве у пастора нет экономки и садовника?
– Он отказался о служащих, чтобы сократить бюджет и выделить больше денег на работу с молодежью и прочие проекты. А все дамы работают бесплатно. Миссис Куперхилл, жена поверенного, даже ведет его бухгалтерию на добровольных началах. В общем, миссис Стивенс позвонила вначале своим подругам по церкви, а те уже разнесли весть по всей центральной площади.
– Я тоже кое-что выяснил из бумаг мисс Слокам. Скажите, Берди, когда вы последний раз видели человека, известного вам как Аксель Ферсен?
– Когда видела… не помню. В середине июля.
– И отдали ему две тысячи долларов?
– Да, выписала чек на предъявителя. Вот, дура.
– Не будьте так самокритичны, малышка, – галантно сказал Хопи.
– Но потом вы не стали искать мистера Ферсена, когда он пропал с вашими деньгами. Не стали снова обращаться к частному сыщику, не заявили в полицию. Даже в его липовую контору звонила ваша мать.
– Я… когда Аксель, то есть мистер Ферсен не появился в назначенный срок с деньгами, я поняла, что меня надули. И мне стало очень стыдно. Ведь папочка предупреждал меня о мошенниках. Я была бы рада просто забыть эту историю… Конечно, мать узнала, она все время копается в моих банковских выписках. Прочитала мне целую лекцию. Надо было видеть ее самодовольное лицо…
– Значит, вы не чувствовали желания отомстить мистеру Ферсену за обман?
– Отомстить? Нет. Конечно, я была бы рада вернуть свои деньги. Но, к счастью, он исчез до того, как я успела сделать серьезную инвестицию. Я почти забыла об этом досадном эпизоде, пока мать мне не рассказала о вашем приходе.
– Когда вы приехали в Колдуотер, мисс Слокам?
– Вы же видели, сегодня почти одновременно с вами, – девушка нахмурилась. – Вы меня в чем-то подозреваете, мистер Стин?
– Вы можете доказать, что не были в городе сегодня раньше с утра. Например, с семи до восьми?
– Черт возьми, Стин, что происходит? – взвился Хопи.
– Да, могу! – решительно воскликнула Берди. – Я прилетела сегодня в Юрику в одиннадцать утра рейсом из Лос-Анджелеса. Вот корешок от билета, – она порылась в сумке и швырнула бумагу на стол. – А это квитанция из агентства проката автомобилей. Как видите, еще в полдень я была в Юрике.
– Мы летели одним рейсом, – удивленно отметил Монти.
– Да я первый раз в жизни слышу об этом Колдуотере и бедной убитой женщине, которую я в глаза не видела, – закипела Берди. – Ну, знаете, вот что бывает, когда хочешь сделать доброе дело. С меня достаточно, мистер Стин. Отдайте мне мои бумаги, и я сегодня же покину отель.
Искушение послать ее немедленно куда подальше было слишком велико, но я справился с соблазном не хуже методистского священника.
– Извините, если вас обидел, мисс Слокам. Однако бумаги мне еще понадобятся. Вы же внимательно изучили отчет детектива Майоне?
– Конечно.
– Тогда не могли не обратить внимание, что он видел встречу мистера Ферсена и его партнера, мистера Ротстейна, с потенциальными инвесторами в «Бродвей Плазе». И потом он проследил за мистером Ротстейном. Тот поехал в особняк в Беверли-Хиллз на Парквей, всего в пяти кварталах от вашего дома.
– Что?!
Я протянул Берди страницу отчета.
– Ну, да, наверное, я на это и правда не обратила внимания. Мне не было дела до какого-то Ротстейна. Он был сотрудником «Коул Секьюритиз» из Нью-Йорка. Ну, то есть, я так думала. Почему бы ему не поехать по какому-то приличному адресу, а? Может, у него там была встреча с клиентом? Или он арендовал особняк у владельцев? Или просто остановился у друзей.
– Майк Майоне тоже так подумал, но на всякий случай справился о хозяевах. Вот тут указано, что владельцем дома 1404-1406 на Парквей, Беверли-Хиллз, штат Калифорния, является Стюарт Конрад Лиделоф.
– Си Кей! Старший сын старой Лавинии, – воскликнул Хопи. – И отец Гарольда.
– Неужели Лиделофы замешаны в этом мошенничестве? – забормотал журналист. – Скажите, дорогуша, как выглядел этот Ротстейн?
