— Схему? — морщится от боли (прекрасно!) Александр Юрьевич, недоверчиво рассматривая меня, словно удивляясь тому, как я не беспокоюсь по поводу хрупкости собственной шеи да и самой жизни. — Вы не гнушаетесь любыми средствами, чтобы уничтожить, закрыть наше агентство! — выкрикиваю я обвинение. — Воспользовавшись моим промахом, вы стараетесь соблазнить меня, чтобы потом… чтобы потом…
— Даже любопытно, что же потом? — холодно спрашивает Холодильник, отходя к своему столу и садясь в кресло.
— Например, уволить по статье, — находчиво предполагаю я.
— Спасибо за идею! — хмурит брови Хозяин и мрачно щурится.
— Но! — театрально машу я руками. — У вас не выйдет, господин провокатор! Я не смешиваю личное с профессиональным!
Для раненого человека Холодильник слишком быстро оказывается рядом со мной и почти теснит меня к двери своего кабинета.
— Займемся сугубо профессиональными делами, госпожа Симонова-Райская! — зловеще шепчет Холодильник. — Отчеты за последние две недели на мой стол завтра. И сами за мой стол. Читать свои отчеты.
— Так и не научились? — сочувствую я, легонько похлопывая Хозяина по крепкому плечу.
Александр Юрьевич смотрит на мою руку, как на библейского змия. с ужасом и отвращением. Быстро прячу руку за спину.
— Чтобы вы не обвинили меня в том, что я чего-то не понял в ваших записях, — цедит он сквозь зубы и уже привычным жестом показывает мне на дверь.
Гордо разворачиваюсь на высоких каблуках и выхожу. натыкаясь на Деда Мороза и Снегурочку.
— Саша! Ты и в такой день работаешь?! — ласково упрекает жениха Светлана. обнимая за шею и прижимаясь белой норкой. — И вас. Нина. мучает? Трудоголик, как мой отец! Без отпуска остался. Меня одну в Европу отправил. Работает и работает…
— Это, внученька. современная болезнь. — басит Дед Мороз. — работать на износ, как будто у тебя десять жизней. Ну что. мальчик Саша, был ли ты хорошим весь год?
— Он был очень трудолюбивым! — вмешивается Снегурочка. — Награди его. Дедушка!
— Вот тебе подарочек! — Прохор Васильевич достает из почти пустого мешка радиоуправляемую гоночную машинку.
Пытаюсь незаметно выскользнуть в коридор, но Дед Мороз хватает меня за руку.
— Куда же вы. красавица Елочка? — интересуется он и переходит на "ты". — А ты была. Ниночка. хорошей девочкой? Если была — у меня и для тебя есть чудесный подарочек.
— Это вряд ли, — доверительно сообщаю я и покидаю кабинет. оставив эту отмороженную компанию.
— Он тебя теперь совсем сгнобит на галерах! — переживает Ленка. к которой я приехала утром и в деталях рассказала о вчерашней истории. — Но ты сама виновата. Он решил, что ты повелась на его мужскую красоту и большие деньги. А кто б не повелся?!
— Я не повелась! — спорю я. — Сглупила. да, — не спорю. Но мне ни красота его, ни деньги не нужны. Мы разного поля ягоды. У него невеста.
— Ты его спровоцировала! — не унимается подруга.
— Пусть! — почти кричу я на нее. — Если он так невесту любит. то он не должен реагировать ни на меня. ни на кого другого. А он ради уничтожения маленького агентства не гнушается соблазнением подчиненного.
— Он не виноват! — защищает Хозяина Ленка. — Он просто самец. Когда самка предлагает себя — он просто реагирует.
— А как же любовь?! — поражаюсь я такому цинизму. — А как же Светлана Кирилловна?
— Может, там голый расчет, — размышляет Ленка. — Или откровенный договор? Может, она и не рассчитывает на взаимность? Может, ее все устраивает?
— Ужас какой! — поражаюсь я. — А вдруг и правда все так?!
— Или он ее обманывает. Для красивого мужика это проще простого, — объясняет Ленка. — Вернемся к теории красоты самцов.
Последние сутки перед новым годом просто сплю, много и долго. Сказалось напряжение последнего месяца. Часа за три-четыре до полуночи хочу вызвать такси и поехать к родителям. А то папа разнервничается…
Вожусь дольше, чем планировала, и никак не могу вызвать такси. Отказывает третий оператор. Выхожу на улицу и пытаюсь голосовать. Тут же возле меня останавливается большой серый автомобиль. Не раздумывая, прыгаю на переднее сиденье.
— Ой! Спасибо вам! Думала, не попаду домой! — радуюсь я, обращаясь к водителю. — Очень хочу успеть к родителям до полуночи!
— Это, смотря, как поедем, — отвечает… Холодильник. — И куда…
А.Уитни Браун.
— Извините, — бормочу я, в ужасе глядя на парадно-выходной стиль Холодильника. Рубашка белоснежная, тонкий темно-синий пиджак в серебряную полоску, серо-черный галстук. И аромат Light Blue Swimming in Lipari от Dolce & Gabbana. По-моему, переводится, как "Светло-голубое плавание в Липари". Свежий, чистый-чистый, оставляющий ощущение, что ты только что полной грудью вдохнул морской воздух. Димка заказал себе такой на мужской февральский праздник от восторженных женщин дружного коллектива.
— С наступающим! — пищу я, открываю дверцу автомобиля и уже выбрасываю ноги в тонких чулках и коротких ботильонах в снег.
