— Вы планируете! — обвиняю я. — Это тоже грех! Кроме того, кто его знает, скольким вы его предлагаете, может, только я и отказываюсь. а другие…
Не успеваю увидеть, как Холодильник оказывается со мной рядом и, жестко обняв за талию, прижимает меня к себе:
— Только прелюбодей? Никаких уточнений не будет?
— Беспутник. сладострастник, греховодник, — говорить приходится в самые губы Холодильника, поскольку он меня к себе не просто прижимает, а наклонился близко-близко, так близко, что наше рваное дыхание смешивается.
— Я так понимаю, это все звания для сексуально активного мужчины? — легкое прикосновение к моих губам.
— Мы в публичном месте, — мстительно говорю я. — Не боитесь, что нас увидят? Сфотографируют? Снимут видео?
— Не боюсь, — его губы снова касаются моих. — Три человека отвечают за то, чтобы этого не случилось.
Верчу головой по сторонам. Точно. Вернувшийся Николай. И еще два охранника из нашего агентства.
— Предусмотрительно, — ворчу я, пытаясь вырваться из рук Хозяина. — Я, видимо, права. Вас заводит мой отказ. Вам никто и никогда не отказывал? Я имею в виду женщин?
Холодильник искренне пытается вспомнить:
— Никто и никогда. Но…
— Что но? Это вас подначивает? Я права? — вырываюсь сильнее.
— Но я никому и не предлагал, — просто отвечает мне Холодильник, переложив сильную руку на мою шею.
— Будете сворачивать? — спрашиваю я, поняв, что дергаться бесполезно.
— Странные у вас представления о прелюбодеях, — ухмыляется Хозяин. — Так мы летим?
— У меня просрочен загранпаспорт, — говорю я.
— Дайте мне сутки. Нет. Десять часов, — отвечает Холодильник, захватывая мою нижнюю губу.
Господи! Да он просто одержим!
Наступаю каблуком на носок мужского туфля. Холодильник морщится и выпускает меня из рук.
— Вы. Мне. Не интересны. Как мужчина! — рычу уже я. — Мне нравится другой типаж!
Холодильник открывает рот, чтобы то ли спросить, какой же типаж мне нравится, то ли для того, чтобы сказать мне гадость.
В это время в кафе входит… Светлана Кирилловна в сопровождении интересного возрастного мужчины.
— Вот и спутница в Париж! — радуюсь я и сама окликаю девушку. — Светлана Кирилловна!
Светлана видит нас и широко улыбается. Хочу двинуться ей навстречу, но Холодильник удерживает меня сзади на пояс юбки.
Светлана и мужчина подходят к нам сами.
— Добрый вечер, Нина Сергеевна! — тепло говорит девушка. — Римма Викторовна подсказала, что вы здесь.
Вот молодец, агент Римма Викторовна! Завтра поблагодарю за службу.
— Говорит, работали несколько часов без перерыва и пошли перекусить, — объясняет свое появление в баре невеста Холодильника. — Ой! Я опять… Нина Сергеевна, позвольте представить вам моего папу. Кирилл Иванович. Высокий мужчина в сером костюме и сером пальто внимательно смотрит на меня, и во взгляде его появляется заметный интерес.
— Это и есть тот замечательный арт-директор, о котором ты прожужжала мне все уши?
— Это мой арт-директор Симонова-Райская, — вежливо, но сухо говорит Холодильник.
— Присядем? — спрашивает всех Кирилл Иванович.
— Спасибо! Я тороплюсь и побегу! — бодро сообщаю я всем.
Холодильник делает еле заметный кивок в сторону Николая. Тот кивает в ответ. Понятно. Нашел мне провожатого.
— Что вы! Ни в коем случае! — неожиданно придерживает меня за локоть Кирилл Иванович. — Молодые пошепчутся, соскучились, наверное. А вас я оставляю себе, прекрасная Нина!
Только хочу вежливо отказаться, как вижу молнию бешенства в карих глазах Холодильника.
— Как скажете! — покорно отвечаю я Кириллу Ивановичу, испытывая восторг от возможности позлить Холодильник.
Оноре де Бальзак
Кирилл Иванович оказывается приятным и легким в общении человеком. Он отводит меня за соседний столик и заказывает по моей просьбе молочный коктейль. За пятнадцать минут я узнаю историю знакомства Александра Юрьевича и Светланы Кирилловны: Кирилл Иванович сам познакомил своего делового партнера с младшей дочерью, Светлана мгновенно влюбилась.
— Саша, Александр Юрьевич — удивительный мужчина, — почти восторженно рассказывает мне отец Светланы Кирилловны. — Такой, какой и нужен моей Светлане.
Вежливо киваю, очень хочется переспросить, какой именно, но мне неловко демонстрировать повышенный интерес к своему начальнику.
Кирилл Иванович сам, без наводящих опросов, продолжает:
Спокойный, уравновешенный. Совершенно не склонный к эмоциональным срывам.
Усилиями удерживаю брови на предназначенном природой месте. Мы говорим о моем Холодильнике? Человеке, который рычит, орет, хватает, прижимает, целует без разрешения? Ну-ну…
— Завтра у них целый день фотосессия, вот он и недоволен, прячется от Светланы, — беззлобно смеется Кирилл Иванович.
