— Почему? — пожимаю я плечами. — Все так. Я уже привыкла. Четвертый месяц пошел…
— И все-таки… Ты, конечно, девушка красивая, Нинок, почти молодая, из хорошей семьи… Но… — Ленка с сомнением рассматривает меня.
— Даже обидно! — надуваю я губы. — Что не так?
— Ты сама говорила про птицу и про ягоду, — напоминает подруга. — Про ваше несоответствие. Несмотря на квартирку в несколько миллионов, ты не тянешь на его женщину.
— Согласна! — активно киваю. — Вот не претендую. Это он меня… преследует.
— Удивительно не то, что преследует, а то, что не сдается, — уверяет меня задумчивая Ленка. — Пристал — отказали — отвали! Известная формула. А он… Очень уж странные отношения у него с невестой. Прямо под носом собирается с тобой куралесить.
— Я не собираюсь с ним куралесить! — фыркаю я, наслаждаясь горячим крепким кофе.
— В том-то и дело, что пока у тебя это плохо получается! — хихикает Ленка, облизывая кофейную ложечку. — Он же как запрограммированный. Слушай, а если Светлане как-то намекнуть? Или ее отцу?
— С ума сошла? — пугаюсь я. — Стыд какой! А потом, кому они поверят. мне или ему? А я опозорюсь. И увольняться придется, и переезжать.
— Вот! Поневоле революционером станешь! — шутит Ленка и всерьез переходит к лозунгам. — Надо же как-то свергать этих олигархов! Чтобы не думали, что им все позволено!
— Но меня же он не получил! — успокаиваю я ее и ласково говорю хмурому Евгению, подмигивая. — И не получит!
Евгений почти скрипит зубами: уверена, его раздражаю я сама и все, что со мной связано, и свое поручение он терпеть не может.
Накануне женского праздника в агентстве радостная суматоха. Все гадают, как поздравит нас Хозяин, который не появлялся уже три дня.
— Надеюсь на хорошую премию, — подкрашивает губы Марина. — У меня отпуск в мае. Собираюсь в Эмираты.
— Премия — само собой! — соглашается Римма Викторовна. — Но и для души чего-нибудь хочется.
— Что может подарить человек без души для души? — иронизирую я.
Но утром седьмого марта наше агентство превращается в цветник. Каждая женщина, от уборщицы до Павлы Борисовны, получает свой букет цветов. Все они разные и по-настоящему красивые. У Павлы Борисовны это большой букет розовых роз. У Марины — бордово-красных. У девочек из рекламного отдела — чудесные кустовые желтые хризантемы с синими ирисами. Дарья Владиленовна получила корзину ромашковых хризантем. Я осталась без цветов. Совсем. Курьеры, обошедшие с утра все агентство с букетами и записочками, не заглянули ни в мой кабинет, ни в мою квартиру.
— Опаньки! — чешет затылок Димка. — Султан наказывает свою наложницу за непослушание?
— Что за ассоциации? — сержусь я. — Не нужны мне его цветы.
— А я думаю, что Хозяин для Нины какой-то сюрприз готовит, — предполагает веселый Костик. — Может, он тебе вообще розарий подарит или дерево какое.
— Шутка дня! — смеюсь я, совсем не расстроившись.
Костик прав. От Холодильника можно ожидать всего. Хотя, думаю, будь его воля (так она, воля, его и есть!), он с удовольствием подарил бы мне тот самый цветок, который ловит насекомых.
Ближе к вечеру нас ждет концерт. Оказывается, наши мужчины приготовили для нас вечер романсов. Костик в концертном фраке садится за рояль. Первым поет Денис Владиленович. Торжественно строгий в костюме- тройке. Седой и солидный.
Павел Денисович в неизменном черном костюме с красной бархатной бабочкой выжимает из глаз восхищенных женщин искренние слезы.
