— Как я уже говорила, большинство моих дел связано с убийствами, — сказала она. — Но случаются и другие преступления — грабежи, подделка документов, похищения. Время от времени приходится заниматься даже поиском пропавших без вести людей, если уж совсем ничего не происходит.
— Пропавших без вести? — при этих словах я подскочила, словно пума.
— Правда? — Мисс Ретцил сочувственно покачала головой. — Джо не упоминал об этом.
— Такое редко случается, — сказала Марла, — обычно у нас других дел полно. Но если удается найти пропавшего человека и воссоединить семью, это просто замечательно. И наоборот — очень грустно, когда все труды без толку, особенно если в деле замешаны дети.
Я бросила кусок льда в свой стакан.
— А за давние висяки[36] беретесь?
Она улыбнулась, весело блеснув глазами.
— Боюсь, что нет. — Потом поднялась, высокая и стройная. — Если бы только хватало времени и на них… — Ее сандалии прошуршали по полу. — Прис, мне пора, вернусь дотемна.
Мисс Ретцил кивнула.
— Грустно, наверное, когда по выходным приходится работать.
Марла пожала плечами:
— Дома меня все равно никто не ждет. — Потом взглянула на меня: — Тебя подвезти, Мо?
Прежде чем я успела ответить, мисс Ретцил поднялась с кресла.
— Не беспокойся, Марла, я подброшу Мо, когда поеду в церковь. Мимо буду проезжать.
— Тогда увидимся на поминках, — сказала мне Марла и вышла.
«Бедная мисс Ретцил», — подумала я, провожая взглядом машину Марлы. В городе всего две дороги, а она до сих пор не разобралась, какая из них ведет к кафе, а какая к церкви.
Похоже, у нее топографический кретинизм — вот бы Дейлу поскорей рассказать!
Мертвый мистер Джесси оказался куда популярнее, чем живой.
Мы с Дейлом и Лавендером хоть и приехали пораньше, но обнаружили, что парковка у церкви уже забита. Люди сходились к сияющему белому зданию церкви неровными цепочками, словно бредущие к куску сахара муравьи. Окна церкви взлетали в небо, будто сложенные в молитве руки, а кладбище смотрело прямо на реку.
Лавендер поправил свой голубой галстук, глядя в зеркало заднего вида, а Дейл уставился в боковое и запустил пятерню в свою шевелюру.
— Этот галстук очень идет к остаткам твоего синяка, Лавендер, — сказала я.
— Спасибо, Мо, — кивнул он, — ты тоже ничего смотришься.
Я пригладила свое платье — черное с нагрудными карманами — и сделала вид, что не замечаю Аттилу Селесту, которая распахнула дверь белого «кадиллака» своей матери и уставилась на нас.
— Привет, Дейл, — сказала она, — неплохо выглядишь.
И это была сущая правда. Дейл красовался в шикарном костюме явившегося на похороны бандита — черные штаны, черная рубашка, черный галстук и черные шлепанцы. Аттила выставила из машины ноги так, будто ее колени с лодыжками были склеены, и откинула назад копну светлых волос. Дейл метнулся к ней, словно стрелка компаса к северу, и придержал дверь.
— Как мило с твоей стороны, — прощебетала она. — Мне очень жаль, что ты не смог прийти на мою вчерашнюю вечеринку.
— И мне, — сказал он.
Она его пригласила? И он мне ничего не сказал? Мой желудок дернулся, как издыхающий карп.
Она улыбнулась.
— И еще, Дейл, прости меня великодушно за… прошлое.
Прошлое? Это за то, что она пыталась лишить меня всех моих сбережений и до полусмерти перепугала Дейла? За то прошлое, когда он еще не стал самым знаменитым ребенком во всей Ниссовой Заводи?
Дейл покраснел.
— Да нормально. Мы с мамой всегда в эту церковь ходим, — сказал он так, будто Аттила и сама этого не знала. — Мама на пианино играет, а я сегодня буду петь. Надеюсь, тебе понравится.
Она спрятала свою умильную улыбку и сделала озабоченное лицо.
— Я даже не представляю, как ты умудряешься стоять и петь, — в ее голосе звучало искреннее удивление. — Это невероятно трудно.
Дейл перекатился с носков на пятки.
— Это как гонки, — сказал он. — Собираешься с духом, выходишь на старт, а дальше тебя несет до самого финишного флага.
К ним, жеманно семеня, подошла мать Аттилы.
— Поправь юбку, Анна, — сказала она, метнув колючий, как нож, взгляд на Дейла, и увела Аттилу.
Дейл подошел к нам неверной походкой, словно лунатик. Я толкнула его в плечо.
— Эй! — Он потер ушибленное место. — Это еще за что?
Но объяснять не было смысла.
— Ты правда сегодня поёшь?
Он кивнул с довольным видом.
— Насколько мне известно, это первый случай, когда подозреваемый преступник будет солировать на поминках усопшего. К тому же у мамы попросту не было времени найти мне замену, — добавил он, и тут мимо нас с ревом проехал «мустанг» с гривастыми близняшками.
Лавендер помахал им, однако, когда ни одна из девушек даже не взглянула на него, смущенно сунул руку в карман. Бедняга. Сначала разбитая машина, а теперь это.
— Наверное, просто тебя не разглядели, — соврала я. — Уж эти-то точно не смогут одновременно и вести, и по сторонам глядеть.
Лавендер уныло глянул на меня, а потом перевел взгляд на Дейла.
— До сих пор не могу поверить, что мама разрешила тебе уехать оттуда в наручниках, — сказал он, качая головой.
— Теперь у Дейла есть собственный телохранитель, — сказала я.
