– Сойдете на берег и идите на восток – за лесом будет монастырь Белых одежд[55]. Там настоятельницей – моя тетка, она приютит вас.
Госпожа Ли сошла на берег и побежала. Но вскоре почувствовала боли в животе, с трудом добралась до леса и тут разрешилась от бремени. Родился мальчик. Она завернула младенца, сверху положила цветок лотоса, чтобы ребенка можно было опознать, оставила его под деревом и поспешила в монастырь.
Ян Фан между тем, отпустив госпожу Ли, стал размышлять: «Злодеи проснутся, увидят, что женщина исчезла, и сразу поймут, что это я ее отпустил. Уж лучше я сбегу». Он соскочил на берег и пустился бежать.
Прибежал к воротам монастыря и постучался. На стук вышла сама настоятельница.
– Это я, тетушка, ваш племянник Ян Фай.
Монахиня впустила Ян Фана, и, как только провела его в зал, он спросил:
– Тетушка, к вам приходила женщина?
– А тебе откуда это известно? – удивилась монахиня.
Пришлось Ян Фану рассказать обо всем, что с ним приключилось. Монахиня помянула Будду:
– Спасти человеку жизнь – такое же благодеяние, как построить пагоду в семь этажей! Жаль только, что не довел ты дело до конца! Она ведь оставила дитя на дороге, и, если с ним случится беда, некому будет в их роду приносить жертвы предкам!
– В таком случае, – заявил Ян Фан, – я сейчас же отправлюсь на поиски.
– Ищи по примете, – наказывала монахиня, – у ребенка на груди лежит яшмовый лотос.
Лишь на третий день Ян Фану удалось напасть на след.
В нескольких ли от монастыря Белых одежд находилась усадьба, принадлежавшая человеку по имени Ни Тай-гун. В тот день он верхом на осле отправился на рынок и, когда ехал лесом, услыхал детский плач, сошел с осла и увидел под деревом младенца. От радости старик забыл, что едет на рынок, схватил ребенка и помчался домой. Жена тоже обрадовалась – своих детей у них не было. Супруги оставили мальчика у себя и нарекли его Ни Цзи-цзу.
Узнав об этом от людей, Ян Фан посоветовался с теткой и решил наняться к Ни Тай-гуну слугой. Старик его принял и дал ему имя – Ни Чжун.
За усердие и честность старик вскоре доверил новому слуге все домашние дела. Время пролетело незаметно, мальчику уже исполнилось семь лет, и вот однажды Ни Чжун сказал хозяину:
– Мальчик смышленый, не пора ли ему учиться?
– Я уже об этом думал, – ответил старик. – В восточной деревне живет учитель, очень ученый человек. Выбери счастливый день, и я отведу мальчика к нему.
Так Ни Цзи-цзу начал учиться. Шли годы. Не успели оглянуться, как Ни Цзи-цзу исполнилось шестнадцать. Учитель позаботился о том, чтобы Ни Цзи-цзу включили в списки экзаменующихся, и он стал студентом.
Однажды, когда учитель отлучился по делам, у Ни Цзи-цзу выдалось свободное время, и он решил прогуляться. Старик дал ему в провожатые Ни Чжуна. Гуляя, они очутились в окрестностях монастыря Белых одежд, и слуга сказал:
– Здесь настоятельницей – моя тетка. Давайте навестим ее.
– Охотно, – согласился Ни Цзи-цзу.
Ни Чжун постучался. Вышла старая монахиня, проводила гостей в зал, напоила чаем.
Вам следует знать, что госпожа Ли, получившая в монастыре приют, признала старую монахиню наставницей, вела святой образ жизни и постоянно молилась. В тот день, возвращаясь с молитвы, она случайно оставила открытой калитку, и Ни Цзи-цзу забрел в маленький дворик, где жила госпожа Ли. Когда женщина увидела юношу, она не могла сдержать слез, так живо он напомнил ей погибшего мужа. Юноша, сам не зная почему, тоже заплакал. В это время появились настоятельница с племянником.
– Вы плачете, господин? – удивился слуга.
– Да нет, это тебе показалось, – дрожащим голосом возразил Ни Цзи-цзу, не в силах одолеть печаль.
Тут старая монахиня воскликнула:
– Такова воля неба! Эта встреча была предопределена свыше!
– О какой встрече вы говорите? – недоумевал Ни Цзи-цзу.
Ни Чжун упал перед юношей на колени.
– Простите меня, старого раба, господин! До сих пор я вас обманывал, но сейчас скажу правду.
И слуга рассказал о том, что произошло много лет назад. Ни Цзи-цзу вытащил из-под халата яшмовый лотос и почтительно протянул матери. При виде цветка госпожа Ли охнула и зарыдала…
О том, что случилось после, вам расскажет следующая глава.
Итак, госпожа Ли при виде яшмового цветка разрыдалась. Ни Цзи-цзу и Ни Чжун потолковали между собой и решили вместе с госпожой Ли отправиться в усадьбу. Но госпожа Ли вскричала:
– Об этом и не думай, сын мой! Никогда больше мирская пыль меня не коснется. Единственное, чего я желаю, это чтобы ты отомстил за отца!
– Тогда и я здесь останусь! – плача, сказал Ни Цзи-цзу.
– Утри слезы, мой мальчик, и слушай, что я скажу. Я пойду за тобой, только прежде ты должен выполнить три моих условия.
– Приказывайте, матушка! – воскликнул Ни Цзи-цзу.
