Думаю, что это могут быть происки сахарной корпорации. Они шпионят за мной, чтобы понять, что мы затеяли против них. Но прости меня, я не спросил, как прошла встреча с Эммой? Что-то удалось узнать?
– С Эммой прошло плохо, она не стала со мной разговаривать, как с прислужником царизма, – криво улыбнулся Иван. А вот узнать кое-что удалось. Оказалось, что господин Надеждин мой коллега.
– В каком смысле? – Михаил остановился в центре комнаты и посмотрел на сидящего Ивана.
Трегубов рассказал как вышел из ресторана и проследил Надеждина до здания с вывеской детективного агентства. Михаил внимательно выслушал друга, а затем сказал:
– Ваня, ты не понимаешь. Эти люди не полиция, даже не частная полиция. Это люди, которые работают на тех кто больше заплатит.
– То есть они могут за деньги нарушить закон?
– Сами они нет, вряд ли, хотя кто знает точно. Раньше такого на моей памяти не было. Но сейчас, после смерти Пинкертона они тесно связаны с преступным миром. Собственно этот процесс и начал сам Пинкертон, для повышения эффективности работы своих агентов, которых он в то время отбирал очень тщательно и следил за ними, чтобы они оставались честными в своей работе. Но чтобы быть в курсе дел, в курсе преступлений, чтобы бороться с ними, нужны связи и контакты в преступном мире.
– Агенты и провокаторы?
– Вот-вот. Поэтому агентство созданное когда-то другом президента Линкольна, Пинкертоном, начинавшее свою деятельность, как разведывательная служба северной армии, превратилась в организацию, которая работает только для собственного блага. У них связи с политиками, преступниками, с крупными бизнесменами, не удивлюсь, если и полиция работает в первую очередь для них и только во вторую для граждан.
– Ты считаешь, что они опасны?
– Очень, – серьёзно ответил Михаил и снова заходил по комнате, – они очень опасны и очень сильны. Но это не значит, что они делают что-то не законное и их действия направлены против тебя. Этот Надеждин может работать на правительство США, которое просто следит за подозрительными иностранными организациями. Мы этого не знаем.
– Он может следить за Беркманом, – высказал свою догадку Иван.
– Да, не исключено.
– Значит у нас с ним общая цель. Нужно попробовать найти его и поговорить откровенно. Поделиться информацией. Это может помочь нам обоим.
– Но как ты его найдешь? Ты хочешь открыто придти в агентство и сказать, смотрите вот он я, меня прислала в Америку секретная служба из России.
– Нет, так не пойдёт, – задумчиво сказал Иван, – мы же не уверены полностью, что заданием Надеждина является именно Беркман. Вдруг тут что-то другое, связанное со Стрельцовым и мною, а я сам к ним приду.
– Тогда как ты поступишь?
– Думаю, что есть один человек, который мне может помочь.
– Кто же он? – спросил Михаил.
– Давай я тебе скажу завтра, когда поговорю с ним.
– Тайна значит… Работа плохо на тебя влияет, Ваня.
Эду уже совершенно надоело болтаться на улице около отеля, когда О'Лири подскочил к нему и пихнул в бок.
– Что такое? – возмутился Эд.
– Вон он вышел, смотри.
Старик повернулся к входу в здание и увидел элегантно одетого молодого мужчину, который быстрым шагом направился прочь от отеля. Не говоря ни слова Эд кинулся за ним, а Том за поспешил за Эдом чуть отстав. Так они договорились заранее. О'Лири должен был наблюдать со стороны, чтобы Торотински не заметил его, поскольку знал Тома как курьера, принёсшего письмо в отель. Эду пришлось приложить немало сил, чтобы догнать молодого энергичного человека, очевидно спешащего по каким-то делам.
– Мистер Торотински, мистер Торотински, – прокричал он вслед.
Молодой мужчина остановился и недоуменно оглянулся вокруг. Затем его взгляд остановился на приближающемся старике. Михаил осмотрел его с ног до головы не понимая, что нужно от него этому ковбою из южных штатов.
– Это я, а кто Вы? Что Вам нужно? – спросил он.
– Я помощник шерифа из Санта-Фе, у меня к Вам есть разговор.
– Откуда, из Санта-Фе? – удивился Михаил.
Он ещё раз внимательно осмотрел старого ковбоя в поношенной одежде. От взгляда Торотынского не укрылся словно выставленный напоказ револьвер, висящий на поясе старика. Хотя, конечно, он знал, что в тех местах все носили оружие. А то что его собеседник с юга, говорил не только внешний вид, но специфический южный акцент.
– У меня есть к Вам пара вопросов, – продолжил Эд, пытаясь отдышаться.
– Что за вопросы? Говорите быстрее, я спешу, – Михаилу совсем не нравился этот помощник шерифа с неприятным красным покрытым морщинами лицом.
– Вы путешествовали на поезде вместе с девушкой, которая села в Санта-Фе, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Эд.
– Вы про Джейн?! – поразился Торотынский.
– Джейн? Так её зовут?
– Я думал Вы хотите что-то узнать про ограбление, – растеряно проговорил Михаил.
– Именно про ограбление я и хочу спросить, но не про то, о котором Вы подумали. Не про ограбление поезда.
– Я Вас не пониманию.
– Сейчас я Вам всё объясню. Эта девушка, Джейн, как Вы говорите, она преступница, ограбила банк в Санта-Фе…
