– Подождите, а как же краснокожие и чёрные жители этой страны? У них тоже такие же возможности?
– Ну что Вы Трегубов, не передергивайте, – поморщился Станкевич, – Вы же не глупый человек и понимаете, что это другое. Можете себе представить – черный инженер?!
Станкевич громко поставил на стол пустой стакан и победоносно посмотрел на Ивана, который не нашелся, что сказать в ответ. С его точки зрения все люди были одинаковые, но очевидно, в этой стране существовали некие мифы, оправдывающие социальное неравенство. Как впрочем и в России. Трегубову вдруг вспомнилось определение – «помазанник божий». Поэтому он не стал продолжать бессмысленный разговор.
– Хорошо, не буду спорить, – сказал Иван, – везде есть свои нюансы и каждому нравится что-то своё. Одному живопись, – Трегубов посмотрел на картины, висевшие на стенах, – другому хорошая книга на вечер.
– Вот в этом с Вами соглашусь!
– Давайте вернемся к нашему делу. Вы узнаете адрес Надеждина и пришлете мне в отель?
– Правильно. Это сделать несложно.
– Переговорите с Эммой и выясните насчёт Беркмана, – продолжил Трегубов.
– Попробую, – ответил Станкевич, – это будет сложнее и займёт какое-то время.
– Договорились, – сказал Иван, поднимаясь с кресла.
Генри Фрик встретил своего гостя в в дверях. Тот пришёл ровно в назначенное время и темнокожий слуга, проводил гостя прямо в кабинет.
– Как Вас зовут? – спросил гостя директор гомстедского металлургического завода, – мне назвали дату и время, но не сказали кто именно придёт.
– Зовите меня Эжен Хоуп, – ответил светловолосый мужчина.
– Пожалуйста, проходите, присаживайтесь, что-то выпьете?
– Нет спасибо, – отказался гость.
Хозяин и гость уселись в большие дорогие кресла. В кабинете было темно, хотя до заката ещё оставалось время. Окна были закрыты тяжелыми портьерами. Единственным источником света в помещении была электрическая лампа, оригинального дизайна, расположенная на письменном бюро. Она давала мало света и углы кабинета оставались темными. Однако этого было достаточно, чтобы собеседники хорошо видели мимику лиц друг друга.
– Мистер Хоуп, у Вас такой странный акцент. Вы не американец? – спросил Фрик.
– Мы все не американцы раз находимся не в резервации, – заметил мистер Хоуп.
– В Ваших словах есть доля истинны, – равнодушно согласился хозяин кабинета. Но давайте поговорим о делах. Я заключил соглашение с вашим агентством, но мне понадобятся дополнительные услуги.
– Мне сказали об этом. Поэтому я бросил все дела и нахожусь здесь. Вы заключили очень большой договор с агентством, но я вынужден Вас предупредить, что мои услуги всегда оплачиваются отдельно. Агентство выступает лишь негласным посредником в таких, скажем так, деликатных делах.
– Я в курсе этого, мистер Хоуп и поверьте я оплачу Ваши услуги сполна, а кроме того обещаю Вам премию, если Ваши действия повлияют на текущую ситуацию.
– Я рад, что мы понимаем друг друга, мистер Фрик.
– Я не закончил, если Вы сможете повлиять на решение профсоюза, я заплачу Вам тройной гонорар.
Генри Фрик увидел, что после его слов брови собеседника поползли вверх. Что же и таких людей можно удивить. Если этот человек сработает успешно, он сэкономит ему огромные деньги, никак не сравнимые с его гонораром.
– Хорошо, мистер Хоуп, что я должен сделать?
– Вы должны убедить одного из лидеров профсоюза согласится на переговоры с правлением завода и отказаться от забастовки.
– Сколько я могу ему предложить? – спросил гость.
– Нисколько. Вы должны убедить его.
– Ага, – протянул мистер Хоуп.
– Именно поэтому Вы здесь, – сказал Генри Фрик и замолчал.
– Какие аргументы я могу использовать? – спросил Эжен Хоуп.
– «А он совсем не глуп, -подумал Фрик, не зря его так рекомендовали.»
– Этот господин, – сказал он вслух, – очень упрям, но у него есть сестра, которую, как говорят, он очень любит.
– Сколько лет сестре?
– Это имеет значение?!
– Только с точки зрения гонорара, – спокойно ответил мистер Хоуп.
– Понятно. Точно не скажу, около двадцати, она продавщица в магазине.
– Ещё есть какие-то аргументы?
– Если и есть, я о них не знаю, мистер Хоуп. Ещё вопросы?
– Да, конечно. Я хотел бы уточнить границы слова убедить.
– Границ с своей стороны я не ставлю, – подумав ответил Фрик. Положитесь полностью на свой опыт и возможности. Вы отвечаете за результат, мои советы Вам ни к чему. Мне нужен только результат, подробности дела я знать не хочу.
– Я Вас понял, мистер Фрик.
Когда Вы сможете приступить?
– Я уже приступил, – Эжен Хоуп поднял руку к лицу, чтобы разглядеть время на часах.
– Вы носите часы на руке? – удивился хозяин.
– Да это очень удобно, я был в Европе и приобрел такие часы, они становятся популярны. Но если у Вас больше нет указаний я готов идти.
– Указаний больше нет, имя и адрес этого человека в конверте вместе с задатком.
– Генри Фрик встал и подошёл к письменному бюро, с которого он взял большой конверт и вручил его Эжену Хоупу.
– Удачи Вам мистер Хоуп.
– Мне срочно нужно в Питтсбург!
