– Я думаю, – сказал он, – что если вы казните Цай Мао, то Лю Бэю здесь невозможно будет жить спокойно!
Лю Бяо уступил. Он послал своего сына Лю Ци вместе с Сунь Цянем в Синье просить у Лю Бэя прощения.
Лю Бэй встретил Лю Ци и устроил в его честь пиршество. Среди пира сын Лю Бяо вдруг заплакал. Лю Бэй поинтересовался, что довело его до слез.
– Моя мачеха из рода Цай. Она только и думает, как бы погубить меня, – объяснил Лю Ци. – Посоветуйте, что мне делать, дядюшка Лю Бэй.
Лю Бэй посоветовал Лю Ци держаться с мачехой спокойно и почтительно, и тогда она ничего плохого ему не сделает.
На другой день Лю Бэй проводил гостя в обратный путь. Проезжая по базару, Лю Бэй заметил человека с грубой повязкой на голове, в простом халате с черным поясом и в черных же сандалиях. Человек распевал песню:
«Это, наверно, Bo-лун или Фын-чу!» – подумал Лю Бэй, услышав песню.
Он спешился и пригласил певца в уездный ямынь. На вопрос, как его имя, неизвестный отвечал:
– Я – Дань Фу из Иншана. Мне было известно, что вы ищете способных людей, но я не осмелился явиться прямо к вам и запел песню, чтобы привлечь ваше внимание.
Лю Бэй обрадовался и принял Дань Фу как почетного гостя.
– Разрешите мне посмотреть вашего коня, – попросил Дань Фу.
Лю Бэй велел привести своего коня.
– Да это же ди-лу! – воскликнул Дань Фу. – Как вы не боитесь на нем ездить? Он хоть и быстроногий, но приносит несчастье своему хозяину!
– Это я знаю, – молвил Лю Бэй и рассказал Дань Фу, как он на этом коне перескочил через реку.
– На этот раз конь спас хозяина, но в конце концов он все же принесет несчастье… Я знаю, как отвратить зло.
– Как же? Могу я узнать? – спросил Лю Бэй.
– Если у вас есть враг, подарите ему этого коня, – посоветовал Дань Фу. – Когда зло падет на вашего врага, тогда можете вернуть себе коня и ездить на нем сколько угодно.
– Не ожидал я от вас такого совета, никак не ожидал! – Лю Бэй изменился в лице и, не скрывая своего недовольства, продолжал: – Я думал, что вы будете учить меня добродетели, а вы только пришли и уже учите вредить людям!
– Простите меня! – сказал Дань Фу. – Я просто хотел проверить, действительно ли вы такой гуманный и добродетельный человек, как о вас говорят. Я не осмелился спросить открыто.
Настроение Лю Бэя сразу изменилось. Он поблагодарил гостя и сказал:
– Могу ли я быть добродетельным, если меня этому не учат?
– Когда я пришел из Иншана, я услышал, как в Синье поют:
Вот доказательство тому, как благотворны для народа ваши гуманность и добродетели!
Лю Бэй назначил Дань Фу на должность цзюнь-ши[135] и поручил ему обучать свою армию.
Цао Цао, возвратившись из Цзичжоу в Сюйчан, непрестанно помышлял о захвате Цзинчжоу. Он послал Цао Жэня и Ли Дяня вместе с покорившимися военачальниками Люй Куаном и Люй Сяном в Фаньчэн, чтобы держать под угрозой Цзинчжоу и Сянъян и следить за тем, что делается у врага.
Люй Куан и Люй Сян обратились к Цао Жэню с просьбой.
– Лю Бэй расположился в Синье и готовится к войне, – сказали они. – Планы его, по-видимому, серьезны, и потому прежде всего следовало бы им заняться. Мы же, с тех пор как покорились чэн-сяну, еще не оказали ему ни одной значительной услуги. Дайте нам пять тысяч отборных воинов, мы добудем голову Лю Бэя и преподнесем ее чэн-сяну.
Цао Жэнь обрадовался такой просьбе и отправил братьев Люй с пятитысячным войском в поход на Синье. Разведчики донесли об этом Лю Бэю. Тот созвал совет и пригласил Дань Фу.
– Прежде всего нельзя допустить врага в наши границы, – сказал Дань Фу. – Гуань Юй с отрядом должен зайти слева и перехватить противника в пути, а Чжан Фэю следует выйти врагу в тыл справа и отрезать дорогу для отступления. Затем вы сами с Чжао Юнем ударите врагу в лоб, и победа обеспечена.
Лю Бэй сделал все, как говорил Дань Фу, и сам в сопровождении Дань Фу и Чжао Юня, с двумя тысячами воинов, вышел из заставы и двинулся навстречу наступающему противнику. Вскоре они увидели большую тучу пыли, поднимавшуюся из-за холмов: подходили войска Люй Куана и Люй Сяна.
Когда оба войска построились в боевые порядки друг против друга, Лю Бэй выехал на коне вперед.
– Эй, пришельцы, кто вы такие? – крикнул он. – Как вы смеете нарушать мои границы!
– Я, полководец Люй Куан, получил повеление чэн-сяна Цао Цао схватить тебя! – был ответ.
