Трофеи берсерков полностью

Воины встрепенулись скидывая наваждение, и перевели взгляд с самок на разъяренного Генриса. Ральф с Эриком тоже застыли, но контакта глаз не разорвали, продолжали буравить друг друга взглядами. Нелет, приложив все имеющиеся силы, оттолкнула увлекшегося Марти. Он был настолько поглощен своим занятием и мягкими губами целуемой, что не отреагировал на приказ предводителя.

Матис, первым получивший выговор, быстро подошел к лису, поднял его за грудки на ноги и как следует встряхнул. Он сам был донельзя разочарован и зол, и снова под руку попался подходящий объект для вымещения агрессии.

— Вы все! Хотите стать закуской для смолгов?! — Седой оборотень поднялся и подошел к Ральфу с Эриком. — Ваша задача — охранять обоз. Вместо этого вы готовы перегрызть глотки друг другу. Хотите поразмяться? Так я вам устрою! А не я, так смолги. Кого предпочитаете?! — с презрением прошипел Генрис. Хоть и рысь, но таким тоном могла бы изъясняться ядовитая, готовая ужалить змея.

— Мы помним о своей задаче, — прорычал Матис, — не так ли?

— Смолги?! — растерянный и испуганный возглас Марьи заставил оборотней подобраться не хуже приказа предводителя. Прекрасная актриса, никто не заподозрил ее в обмане. Даже девушки в повозке, лично рассказавшие волчице об этой угрозе, чуть не усомнились в осведомленности Марьи.

— Лапа, держись рядом со мной, я смогу тебя защитить. — Матис оставил в покое лиса и встал рядом с самкой и Ральфом, напротив Эрика.

— Самки, вы сидите в фургоне, и чтобы вас не видно и не слышно было! — с досадой отчеканил Генрис.

— Как скажет наш предводитель, — волчица резко развернулась и быстро пошла в сторону фургона. Она была рада уйти, а благодаря Генрису, это не смотрится бегством. Половина плана выполнена, осталось воплотить его самую сложную часть.

Нелет следовала за подругой. Вот, кто по-настоящему испугалась. Недоуменно оглядываяь и тараща полные непонимания глаза, она неровной походкой, дезориентированная, направилась к повозке. Что еще за смолги? Откуда смолги? Те самые смолги?! Были ведь берсерки, Эрик, все эти требующие ласки оборотни. Нелет уже, считай, смирилась, а тут…

— Марья, мне это не нравится, — прошептала Нел, догнав подругу.

— Потерпи.

— Смолгов тоже потерпеть? — У Нел были зубки, но показывала она их нечасто, терпеливая.

Марья пристально посмотрела на подругу. Растрепанная, напуганная, прикрывает ладонями расстегнутый вырез жилетки. В глазах подлинная тревога и упрек. Нелет вся как на ладони, переживания и помыслы написаны на лице. Не научилась она за все года, прожитые в обществе Марьи, в клане, полном интриг и лицемерия, носить маски.

Нельзя сказать, что Марью такое поведение компаньонки расстраивало. Искренняя и открытая особа рядом была полезна. Очень многие выражения лица, например — страха, восхищения, преданности, покорности, Марья копировала с подруги, примеряла на себя, как маски. У нее тоже эти выражения стали выходить искренними, все верили.

— Смолги в мои планы не входят, не волнуйся, — отмахнулась, уже запрыгивая в фургон. Ее руки слегка подрагивали, это противостояние у костра и близость волка не прошли для Марьи бесследно.

— Ага, так и они тоже по твоим планам действуют? Слушаются? О, наша прекрасная повелительница, что прикажете? Кого загрызть? — Тон и слова звучали дико из уст обычно послушной и безынициативной Нелет.

— Ого, ты умеешь иронизировать! У тебя истерика? — Не хватало еще хлопот и от этой глупой курицы.

— Ты меня порой удивляешь, Марья!

— Ты меня тоже. Чаще всего неприятно, — пробубнила с раздражением.

Но страх придал Нел решимости, заставил напрячься, самой подумать над ситуацией, в которой оказалась. Инстинкт самосохранения предупреждал о нешуточной угрозе. И заставлял сомневаться в подруге.

Одно дело — доверять ей себя в условиях клана, полагаться на ее решения и опыт под крышей родного дома. Другое, когда речь идет о смолгах, реальной смертельной угрозе. О Дух! Те самые смолги, о которых говорилось во всех, слышанных когда-либо ужастиках. Нелет вдруг пришло в голову, что подруга, не сомневаясь ни минуты, пожертвует ею при необходимости. Чтобы спасти себя.

— Ты настолько самоуверенна? Думаешь, все будет, как ты хочешь? Интриги, ложь, сладкие речи… Ты ведь знала о смолгах и ничего, ничего мне не сказала! Скрывала все!

— Заткнись, все идет как надо, — нетерпеливо прервала льющиеся на нее упреки Марья. — Через двое суток мы будем на землях беров. И за это время нужно устранить то единственное преимущество, которое есть у наших милых конкуренток. Это первоочередная задача, все страхи надо отодвинуть. Хочешь быть в курсе дела? Я только за, может мозгов прибавится. — Волчица говорила тихо и четко, подавляя холодностью тона, заставляя Нел втягивать голову в плечи. Этому приему Марья научилась у отца, действовало безотказно, всегда и на всех.

Она легла на спину на мягком одеяле и потянулась всем телом, расслабилась. Некоторое время в повозке царила тишина. Потом Марья покосилась на притихшую и скукожившуюся в углу Нелет. Та затравленно, с обвинением во взгляде смотрела на старшую подругу.