Трофеи берсерков полностью

Похоже, само то, что одна из трофейных самок обладает даром целительства, особого впечатления не произвело. А вот насколько силен этот дар и есть ли опыт выводить яд смолгов, вызвал куда больший интерес.

— Нет… Не знаю, — растерянно ответила.

— От этого нет лекарства, — коротко добавил Борис, объясняя свой вопрос.

Ада снова оглядела Дениса. На первый взгляд, совершенно здоров, широкие плечи и переплетения мышц свидетельствуют о немалой силе. Кожа гладкая, ровная, чистая. Но, если Ада обнаружит у него хоть самую малюсенькую царапину, неужели ничего не сможет сделать?

— Надо проверить. — Ада непривычно для себя смело и упрямо подняла взгляд на Дена.

— Я согласен, — тихо и хрипло ответил будущий пациент.

— Еще бы… — себе под нос весело буркнул Велислав.

Денис решительно прошел мимо спящих лисичек и Нелет, мимо все еще бодрствующей Марьи и беров. Ада последовала за ним, потому что останавливаться Денис почему-то не спешил. Спрашивать, зачем уходить от лагеря, не стала. Сейчас не до странностей поведения Дениса, главное — удостовериться, что ран нет.

Он зашел за широкий каменный выступ и развернулся — выражения глаз не разглядеть, лицо в тени. Ада одернула себя: ей не глаза, а возможные повреждения разглядывать надо.

— Ложись, — уверенно попросила.

Целитель, но не девушка, почувствовала себя в своей стихии, привычные действия должны успокаивать. Любые действия, вместо того чтобы напряженно стоять друг напротив друга.

— Мне раздеться? — Тон серьезный. На последнем слове Денис коротко откашлялся.

Быстрый взгляд зеленых глаз на берсерка. Что-то странное творилось. Ада — целитель. И только. Что не так? Почему испуганная и неуверенная в себе девушка на этот раз не исчезла, не уступила место хладнокровному и не колеблющемуся лекарю без возраста и пола? Почему рысь, которая всегда держалась в стороне во время лечения, сейчас азартна и взволнована, словно на охоте?

Поскольку Ада не отвечала, Ден не отводя взгляда взялся расстегивать штаны.

— Не надо, не обязательно, — поспешно и слишком пискляво воскликнула Ада. — Ложись, мне так удобнее.

Бер длинно выдохнул. Показалось или и в самом в этом вздохе было облегчение?

Когда просьбу выполнили, Ада присела на колени сбоку от распластанного на камнях тела. Протянула ладони и сразу же отдернула. Руки дрожали. С ней никогда такого не случалось ни разу за все года, что лечила самые разные, запущенные, кровавые, безнадежные, ранения.

Сейчас же перед ней лежит не умирающий ребенок, не воин с отсеченной конечностью, не рожающая в горячке женщина. Перед ней лежит Денис, и руки Ады впервые бесконтрольно дрожат.

Закрыла глаза и сосредоточилась. Не думать о его теле, вернее, думать, но совсем по-другому. Не о гладкой горячей коже, не о широкой рельефной груди и не о полоске темных волос, уходящей от маленького пупка ниже. Дух, да что же с ней?!

— Ты не дотронешся до меня?

Хриплый шепот снова нарушил сосредоточенность Ады, которая медленно проводила раскрытыми ладонями над Денисом. В данное мгновение ее руки находились над грудью и плавно продвигались ниже. Глаза не открыла, ни в коем случае. Этот пациент опасен для своего лекаря, а от внимательности и навыков последнего зависит здоровье бера.

В ответ Ада только помотала головой.

— А как ты найдешь мои… слабые места?

— Меня ведет дар. Тихо.

Денис послушался и больше не задавал вопросов. Глубоко дышал и пытался делать это не так шумно. И смотрел, не в силах отвести взгляд от лица Иды, чуть нахмуренных бровей и закушенных сладких губ. Он уже целовал их. Одному Духу известно, как он хочет сделать это снова.

Тонкие пальцы в паре сантиметрах от разгоряченного тела. Медленно, так мучительно медленно и так мучительно близко. Недостаточно близко. Пытки изощреннее не придумать. Спина вопреки воле выгибалась, приподнимаясь с камня, тело стремилось почувствовать маленькие ладошки на себе.

С яростной силой сжал острую каменную крошку в кулаках, до крови, причиняя себе боль. Но не сравнимую по силе с мукой, которой его подвергала Ида.

Колени Денис согнуть не успел: умная мысль посетила возбужденный разум слишком поздно. И это стало катастрофой.

Ада, с закрытыми глазами, полностью погрузившись в себя и растворяясь в тепле и импульсах здорового тела берсерка, дошла до пояса. Легко задела серединой ладони выпуклость на штанах пациента.

Ден застонал сквозь стиснутые зубы, резко протянул руку и сжал хрупкие запястия. Не оттолкнул, наоборот, прижал крепче, застонал громче. На миг зажмурился, но сразу же снова впился взглядом в глаза напротив.

И Ада взгляда не отвела, ее глаза с каждым мигом все округлялись, кровь приливала к щекам, окрашивая их в пунцовый цвет. Сердце колотилось так, что, казалось, глухие торопливые удары могут разбудить всю округу.

Не могла здраво рассуждать, голова совсем отказывалась соображать. Опытный целитель без предупреждения испарился в неизвестном направлении, оставив растерянную девушку один на один с испытанием.

Но даже не задумываясь, Ада отчетливо поняла две вещи, очень важные для себя.