Я не знаю, ночевала ли там логика; я не знаю, что творится между этими острыми ушами — и, если она мне не расскажет, так и не узнаю. Но ей же ей, сейчас я возьму Мириэль так, как не брал никого до этого — и не буду слушать никаких возражений, если одумается!
Я, блин, очень сильно не железный. Я настолько из плоти и крови, что готов отыметь ее прямо здесь, на мокрых камнях.
Однако от этой глупости самообладание все же меня хранило. Я схватил Мириэль в охапку — и потащил ее в дом. Свою комнату она разнесла, ладно; но моя кровать цела — и Рагна, сыпля шуточками в процессе, специально сделала ее побольше. И покрепче. Вот и обновим.
Самообладание успешно провело меня через нижний холл мимо хмыкающих орков — ладно, Творец с ними, дело житейское, не какую-то постороннюю девушку несу, а собственную жену! — втащило Мириэль по лестнице, оставляя мокрые следы, затем в спальню и бросило на кровать. Дальше самообладание отказало, поэтому я совершенно не помню, что мне Мириэль говорила и как, и говорила ли хоть что-то, пока я срывал с нее одежду. Именно «срывал»: эти мокрые тряпки нормально не получалось ни расстегнуть, ни развязать. Опять же, в обычном состоянии я удивился бы своей физической силе: пуговицы и завязки полетели на пол, как конфетные обертки. А в нынешнем — даже не задумался.
Правда, сквозь мое помрачненное сознание пробилось все-таки, какой холодной и мокрой была кожа девушки, так что первым делом я схватил одеяло и начал ее растирать.
Мириэль попыталась протестовать, но я просто толкнул ее на кровать, взгромоздился сверху…
— Ты чего туда руками лезешь⁈ — оскалилась она. — Член, что ли, не отрос⁈
Вот это я запомнил.
Между прочим из последних сил, опять же, сдерживался — чисто проверить, достаточно ли она готова. Потому что как бы я ни был зол и фрустрирован, так низко, чтобы иметь женщину на сухую, не опущусь!
(Другое дело, что вряд ли бы меня хватило на подготовку, если что. Пришлось бы хватать масло от обморожения, которое для меня сварила та же Мириэль.)
— Ах ты так хочешь⁈ — злость пережгла меня до последней крайности, я перевернул эту невозможную девчонку со спины на живот и вошел сзади, чтобы не видеть презрительного лица, высокомерно искривленных губ…
Она ахнула, втянула воздух, задрожала, вскрикнула — и засмеялась громким истеричным смехом.
— Да! Давай! Вот так! Жестче! Быстрее, ты там заснул, что ли⁈
Весь мой сознательный опыт говорил: в первый раз с незнакомой партнершей «быстро и жестко» — верный путь к разбеганию на следующее утро! То есть я и так обычно на следующее утро разбегался с ними, но есть разница, в каком настроении и с какими воспоминаниями. Даже если дама в подпитии и сама просит (случался со мной и такой опыт, хотя со временем я убедился, что даже в формате одноразовых встреч подпитие только портит дело).
Однако в тот момент я не думал о сознательности. Я даже не думал о том, что реакция Мириэль какая-то странная и не очень мне нравится. И об ее удовольствии не особенно думал. Просто вколачивался в нее, сколько хватало сил и энергии, со всем нерастраченным пылом, накопившимся во мне с прошлого лета. Сны — это сны, даже если с утра обеспечить себе разрядку, это все равно не то, и тело отлично это знает! Я вот уже скоро год женатый человек — и скоро год веду едва ли не монашеский образ жизни! Что это за безобразие, спросило подсознание, и разом отоварило мне весь накопленный долг, да так мощно, что я реально выпал из реальности минут на десять или пятнадцать!
Не знаю, превзошел ли я поршневой двигатель, но только Мириэль, которая сначала пыталась хохотать, издеваться и подначивать меня, закончила всхлипами, стонами и «да-да-да, пожалуйста, да, Андрей!»
Когда я пришел в себя, мы, потные, стояли на коленях на кровати, я крепко прижимал Мириэль к себе, умудряясь не столько ласкать, сколько мять ее роскошную, шикарную, невероятную грудь — блин, вот как я умудрился даже этого не запомнить⁈ Девушка тихонько ахала, постанывала, ее била дрожь — верный признак, что оргазм для нее тоже состоялся. Но я все-таки спросил:
— Ты как? Кончила?
— Ч-что?
— Оргазм. Случился?
— А!.. Д-да…
Похоже, ее тоже выкинуло из реальности!
Аккуратно, стараясь не допустить, падения, я сманеврировал нас обоих, чтобы мы улеглись бок о бок, накинул сверху одеяло… Точнее, хотел накинуть. Меня бросило в холодный пот: я увидел на простыне кровь! Не много, не лужами, на сильное кровотечение не похоже, но несколько приличных таких алых мазков — я что, пропустил какую-то травму?
— Мира, ты ранена? Где⁈
И тут эльфийка начала тихо смеяться.
— Это не рана, — выдала она сквозь смех. — Ты что, не понял? Я девственница! То есть была.
Так. Приплыли.
