Троичность вокруг нас полностью

Рассматривая выше некоторые троичности, я прибегал для наглядности к помощи отвлечённых символов (весы – выбор, звезда Соломона – Любовь и т.д.). В данном же случае такой необходимости нет, ибо существует прямой символ – часы, наглядно демонстрирующие троичность времени, которое они же измеряют.

Проследим за дискретным ходом секундной стрелки: все секунды впереди неё находятся ещё в будущем; те, что позади – уже в прошлом. И только небольшая пауза, кратковременное замирание стрелки на каждом секундном делении – и есть настоящее. Кстати, это же несложное наблюдение позволяет не только увидеть «миг между прошлым и будущим», но и сделать, хотя и не новый, но очень полезный вывод: прошлое, настоящее и будущее существуют совместно всегда, в каждый момент времени, образуя нерасторжимую троичность.

И ещё о символе времени. Существуют, как известно, электронные часы с цифровой индикацией минут. Не имея стрелок, они, естественно, не способны демонстрировать единство временной триады. Но зато эти часы создают убедительную иллюзию остановки настоящего времени и растяжения его действия на целую минуту. Такая иллюзия в течение столь длительного временного интервала (особенно в конце его!) может дорого обойтись: например, успокоенные ложным настоящим, мы опоздали на транспорт, время отправления которого, оказывается, неожиданно для нас уже отошло к прошлому. Да, «не думай о секундах свысока», ибо они суммировались в данном случае в целую минуту, «но бывает, что минута всё меняет очень круто». (До чего же поучительны эти песни из кинофильмов!)

Если провести аналогию между человеческой триадой и временной троичностью, то, на мой взгляд, следует уподобить физическую ипостась человека прошедшему времени, душевную – настоящему и духовную – будущему. Конечно, данный вывод в значительной степени интуитивен, но есть и доводы разума, к которым я обращусь несколько позже.

***

Во многих русских народных сказках речь идёт о некотором «тридевятом царстве и тридесятом государстве». Трудно сказать, чем они отличаются от иных царств и государств, с другими «порядковыми номерами».

Интересно другое: почему в сказках «тридевятым» является именно царство, а «тридесятым» государство? Почему не наоборот? Вероятно, потому, что понятие «царство», в отличие от «государства», подразумевает в целом устойчивую, статичную схему: состав и структуру какого-либо владения, ареала, среды и т.д. Например, С. Ожегов трактует «царство» (вариант), как «область действительности, средоточие каких-нибудь предметов, явлений» [4]. В качестве примеров он приводит «царство льда», «животное царство», «тёмное царство» (некультурная, отсталая среда). Понятие «тридевятое», в основе которого лежит тройка и триада из троек, т.е. девятка, также символизирует стабильность, надёжную основу (трёхточечная механическая опора, например, будет устойчива на любой поверхности). Поэтому слово «тридевятое» в русских народных сказках прилагается к «царству», как подобное к подобному, по основной характеристике.

Что касается «тридесятого государства», то это скорее (и в большей степени) динамичная система, функционирующая в пространстве и во времени по определённым законам. И в эту активную систему целенаправленных процессов «тридевятое царство» входит как составная часть, а точнее – как её статичная составляющая. «Тридевятое царство», таким образом, является фундаментом, базисом, на котором функционирует (с учётом его особенностей) надстройка, именуемая в сказках «тридесятым государством». Например, структура и состав «царства природы», расположенного в границах государства, будут в значительной степени определять его экономическую и социальную политику.

Но почему же государство в сказках названо «тридесятым»? Дело в том, что все три девятки «тридевятого царства», включаясь в систему «государство», обретают определённое движение. Если в системе «царство» эти девятки находились в относительном покое, существовали как бы статично, то в динамичной системе «государство» они включаются в те или иные процессы. А процесс – понятие, связанное со временем.

Конечно, и «тридевятое царство», выключенное из внешних процессов, тоже существует во времени, как и любой объект этого мира. Но существует оно во времени пассивно, просто пребывая в нём. Для такого состояния временной фактор не является главной характеристикой системы (в данном случае – «тридевятого царства»).

Когда же система переходит из статичного состояния в динамичное, т.е. втягивается в процесс, то такие характеристики, как скорость и ускорение, становятся определяющими. Образно говоря, «тридевятое царство» – это спринтер на старте, находящийся в напряжённой статике; «тридесятое государство» – тот же спринтер на дистанции, для которого время является единственным фактором, определяющим результативность забега.