Троичность вокруг нас полностью

И если Бог – властелин и небес («сущий на небесах»), и земли («да будет воля Твоя и на земле, как на небе»), то человек (образ и подобие Бога) становится властелином только земли и всего, что на ней. «Люди – смертные боги, а боги – бессмертные люди, те живут в смерти, а эти умирают в жизни», – заключает древнегреческий философ-материалист Гераклит (Цит. по [31], с. 405).

Однако владычествуя над миром земной природы, сам человек (в силу троичности своей структуры) пребывает одновременно в двух мирах: в мире дольнем, земном и в мире горнем, божественном. «Человек есть амфибия. Человек-амфибия, понимаете, существо, которое по природе своей призвано жить в двух измерениях, в двух мирах. Мы не духи, но мы и не просто биологические существа, мы принадлежим иному измерению» [27], с. 13.

Телом своим (плотию) человек, как любое животное, привязан к земле и живёт на ней по законам инстинктов; духом же, как образ и подобие Бога, он обитает в надземном, божественном мире. «Итак тот же самый я умом моим служу закону Божию, а плотию закону греха», – вот в чём проявляется дуализм человеческой сущности, по мнению апостола Павла (Рим. 7, 25).

Душа человека разграничивает и одновременно соединяет планы физический и духовный. В силу такой специфики она может «челночно» проникать в оба плана: возвышаться к духу и погружаться в материю. Главная функция души – сводить к минимуму разбаланс (дискомфорт) всей троичной системы в каждый момент времени. Поэтому душа, самый чувствительный и мобильный план человеческой триады, выступает третейским судьёй в противоборстве верхнего и нижнего планов.

Итак, в результате разделения единого синкретического мира на мир горний (божественный) и мир дольний (тварный) человеческая триада разместилась в обоих мирах, занимая их «граничные» зоны. Многогранную космическую функцию человека прекрасно сформулировал в поэтической форме Г.Р. Державин:

                  Я связь миров, повсюду сущих;

                  Я крайня степень вещества;

                  Я средоточие живущих,

                  Черта начальна божества;

                  Я телом в прахе истлеваю,

                  Умом громам повелеваю…

                              (Стихотворение «Бог»)

Изгнание человека из Эдема символизирует преобразование Творцом мира единого в мир триединый: Бог – человек – природа. Поскольку каждый из этих миров, как уже говорилось, в свою очередь троичен, то в конечном счёте возникает грандиозная триада троичностей.

Божественное проклятие. Адресовано ли оно человеку?

Эдемский период в истории тварного мира (в том числе и человека) следует расценивать, на мой взгляд, как подготовительный этап к длительному и сложному божественному эксперименту. И «отеческие» напутствия Творца, предваряющие изгнание человека на землю, также находятся в непосредственной связи с будущим экспериментом. Причём в связи символической.

Что означает, например, божественное проклятие? Это осуждение проклинаемого Богом объекта (одушевлённого или неодушевлённого) на самый низкий уровень бытия с самым высоким уровнем зла. Например, проклятие земли из-за греха Адама (Быт. 3, 17) символизирует приведение её Богом к самому низкому (нулевому) энергетическому уровню: терние и волчцы, обещанные Богом Адаму в Быт. 3, 18, «в иносказательном смысле значат – опустение, затруднение, препятствия» [7], с. 693. Таким образом, единственным показателем готовности земли к приёму человека является её абсолютное бесплодие. Силою одного проклятия Бог претворяет землю в экспериментальную площадку.

Первое в божественном монологе проклятие адресуется змею: «за то, что ты сделал это, проклят ты…» И далее Бог расшифровывает содержание наказания: «ты будешь ходить на чреве твоём и будешь есть прах во все дни твоей жизни» (Быт. 3, 14). Комментируя эти проклятия, автор книги «Библейские истории» Г. Гече пишет: «Змей, который по народному верованию когда-то имел ноги, должен ходить на своём чреве и есть прах. Хождение на чреве является выражением глубочайшего уничижения, полнейшего поражения» [32], с. 62–63. Иными словами, божественное проклятие змея символизирует обречение его на самый низкий энергетический уровень – смыкание с проклятой же землёй.

Бог говорит змею: «И вражду положу между тобою и между женою…» Отсюда следует, что до этого, т.е. до «грехопадения жены», такой вражды не было. И вправду, взаимоотношения Евы и змея враждебными до сих пор не выглядели: скорее, они были в меру «доверительными». Теперь же обстановка в корне изменилась, и Творец силою проклятия перемещает змея-сатану в зону отрицательной энергии – энергии зла, чем и ожесточает его сердце, выхолащивает из него остатки положительного отношения к человеку. (Такой метод воздействия на тварь, как «ожесточение сердца», Творец применяет не единожды: например, в истории исхода евреев из Египта Господь Бог неоднократно ожесточает в «воспитательных целях» сердце фараона – Исх. 7, 3; 9, 12 и др.) По замыслу Бога, змей-сатана должен стать образцовым врагом рода человеческого, постоянным и злейшим его противником.