Следовательно, дарованная человеку свобода воли таит в себе как желанные, так и нежеланные для Бога последствия. Однако разделить эти «сросшиеся» её плоды и уничтожить плод нежеланный Богу не под силу: свет и тень неразделимы. Но Ему под силу, не ослабляя в целом интенсивности воли человека, наложить на неё узду для удержания его помыслов, речей и поступков в определённых рамках во имя интересов эксперимента. Иначе говоря, обратить человека – в меру управляемого «раба божьего», который должен чувствовать себя ещё и глубоко обязанным, и безмерно благодарным за божественные вожжи, направляющие его волю. А если благодарным Богу, то и принимающим Его в Свою жизнь, т.е. признающим заповеди Творца как внутренний для себя закон, а «вину» прародителей – как первопричину всех земных бед. Люди, сориентированные Богом на их собственную вину пред Ним, должны не только приводить себя к раскаянию или внутреннему самобичеванию, но главное – к осознанию того, что сущностью вины является сомнение в божественной правоте, невосприятие божественного слова, отторжение божественного присутствия в личной жизни, то есть
Возвращаясь к сцене грехопадения прародителей, следует отметить тот факт, что
– Господь Бог, не будучи всеведущим, просто не знал ни о созревании в душе и голове Евы готовности вкусить от запретного плода, ни о свершившемся факте. В пользу такого допущения говорит и спокойное хождение (постфактум!) Бога в раю «во время прохлады дня», и характер «воззваний» к Адаму: «Где ты?», «Кто тебе сказал, что ты наг?» И только уж после сбивчивых ответов Адама у Творца возникает сильное подозрение в нарушении людьми Его запрета;
– Господь Бог, информируемый змеем, знает
– Господь Бог несколько переоценил и значимость Своих заповедей для Адама и Евы, и богобоязненность последних, что привело к потере божественной бдительности, ослаблению надзора за поведением неопытных людей.
Как бы то ни было, но Господь Бог фактически попустительствует свершению греха человеком, Он не ограничивает свободы воли Евы (эксперимент, в том числе и с человеком, должен быть чистым). Однако Он почему-то жестоко наказывает Еву за… пользование этой свободой. Странно, не так ли? Не совсем так: Богу противен
Гнев божий, вспышку божественного самолюбия вызывает
События у древа познания убедили Создателя в том, что свобода воли будущего «раба божьего» не должна выходить за пределы его богобоязненности и жёстко контролироваться ею же. «Начало мудрости – страх Господень», – вещает мудрый Соломон в Притч. 1, 7. (Казалось бы, находясь в таких моральных рамках, человек вообще не должен противиться божественной воле – ни в чём и никогда. Однако даже в практике прямых взаимоотношений Господа Бога со своим избранным народом, как следует из Библии, самоконтроль последнего «срабатывал» не всегда.)
Создавая «институт рабства» для человека, Бог, видимо, не подозревал о другой крайности человеческой психологии, о том, что «раб божий» способен выдвинуться далеко за рамки
Одна из особенностей рабской психологии состоит в том, что «верный раб» способен уничтожить «неверного раба» (определения взяты из библейских текстов – например, Мф. 24, 45–51), если последний станет уклоняться от исполнения обязательных для всех «норм рабства», выработанных самими же рабами. Например, догматов и обрядов в религии, обязательных для всех, исповедующих её. Стоит ли говорить о глубокой ненависти «обрядоверцев» к истинно верующим людям?! (Ужасающие по своей жестокости и масштабам гонения на еретиков, суды инквизиции и т.д. до повседневно-бытовой неприязни включительно – следствия всё той же рабской психологии.)