Впервые за несколько месяцев Мартин оказался вне своей холодной сырой темницы. Он с ужасом обнаружил, что сильно похудел. Выданная стражником шерстяная рубаха повисла на его костлявом торсе словно мешок. Влезая в грубые, но теплые шерстяные штаны, которые раньше пришлись бы ему в самую пору, он понял, какими тонкими стали его ноги. Тем не менее Мартин почувствовал какое-то невеселое удовлетворение, когда его окоченевшие пальцы влезли в теплую обувь, а голову, заросшую длинными вьющимися волосами, покрыла теплая шапка.
Щурясь от ослепительного света, он вышел на улицу и вдохнул морозный воздух. Его ноги вновь обвили тяжелые кольца из железа, соединенные между собой цепью.
— Чтобы не вздумал убегать, — пояснил страж, будто самому себе. — Держи топор и становись в строй.
Кроме Мартина во внутреннем дворе крепости ордена находилось еще с десятка два узников, одетых в теплые одежды из шкур и шерсти. Некоторые держали топоры и колуны, других снабдили пилами. Все без исключения были скованы кандалами. Их отряд окружили пятеро стражников с луками за спинами.
— Двинулись! — скомандовал один из стражей и повел вереницу заключенных через открывшиеся ворота твердыни.
Мартин ступал неуверенным шагом. Его тело ломило от тупой боли, голову сковывал жар, но уже через несколько десятков шагов он почувствовал, что холодный воздух гор будто вдохнул в него жизнь. В голове немного прояснилось, а онемевшее тело стало потихоньку приходить в себя.
— Ускориться! — стражники следовали по обеим сторонам от заключенных, держа лошадей под уздцы и внимательно наблюдая за каждым шагом узников. Впереди их процессии, лениво переставляя копыта, следовал вол, запряженный в небольшую повозку с высокими бортами. В повозке сидел один из охотников ордена, погоняющий вола плеткой.
— Куда мы идем? — спросил Мартин у заключенного, который шел рядом.
— Будем валить лес на склонах гор. Нелегкая, скажу я тебе, работенка, но и то лучше, чем мерзнуть в клетке! Да и кормят лучше. Иногда стражники дают нам попробовать мясо. Хлеб с водой уже в печенках сидит, а живот прилипает к спине, сам знаешь.
Мартин согласно кивнул. Они миновали длинный и каменистый перевал, обдуваемый сильным ветром, затем пошли горными тропами и, пройдя сквозь опасное скалистое ущелье, двинулись по лесной тропе вниз по склону. Воздух стал немного теплее, но мороз все же продолжал неприятно покалывать ноздри. Мартин с удивлением обнаружил, что склон был покрыт сугробами, а лес впереди уже сбросил листву и стоял, качая голыми ветками по ветру.
— Почти пришли, — сказал высокий седоволосый узник, следующий за Мартином.
— Уже зима! — воскликнул Мартин. — Сколько же я здесь пробыл?!
— Да-а, — протянул его собеседник. — Я слышал, что вроде бы как начало декабря. А тебя за что заграбастали?
Мартин понуро покачал головой и тихо проронил:
— Ни за что.
— Да, как и всех нас. Меня зовут Мориц.
— Мартин.
— Будем знакомы, Мартин.
Один из стражей приблизился к чересчур разговорчивой парочке.
— Не болтать! Приступаем!
Мартин работал с трудом. Его худые руки, и так не привыкшие к тяжелой работе, сейчас вообще были готовы оторваться вместе с топором. Каждый удар по твердой, будто сделанной из гранита, коре отдавался неприятным гудением во всем теле. Деревья, окаменевшие от холода, превратились в высокие замерзшие столбы.
Остальные узники оказались в ненамного лучшей форме, чем Мартин, и в первое время работа тянулась медленно и неохотно. Однако вскоре лесорубы понемногу разогрелись и вдруг ускорились. Мартин даже пропотел, радостно отметив, что впервые за долгое время по-настоящему почувствовал тепло. Пока узники валили лес, стуча топорами по деревьям, словно дятлы, пятеро стражей ордена разбили лагерь и присели у костра, готовя что-то в котелке.
— А кто-нибудь пробовал сбежать? — спросил Мартин тихо, приблизившись к Морицу, работающему рядом. — Или напасть на них? Нас ведь гораздо больше и у нас есть топоры.
— Да, пробовали, — угрюмо отозвался старик. — Охотники стреляют метко, а дерутся еще лучше, чем стреляют. С ними лучше не связываться. На прошлой неделе была одна парочка, которая сговорилась сделать ноги. С цепью на ногах, видишь ли, далеко не уйдешь. Они даже дали тем двоим фору, — узник махнул в сторону стражников. — В погоню выдвинулся только один, выследил их, значит, по следам и прикончил. Пришел с отрезанными головами, бросил их прямо перед нами в снег, чтоб остальные не повадились.
— Жутковатая история, — согласился Мартин. — Но я считаю, что лучше умереть, пытаясь вырваться, чем и дальше медленно умирать в камере.
Мартин размахнулся и со всей силы саданул по дереву топором. В следующий момент раздался треск, отдавшийся по всему лесу, и старый каштан с жалобным стоном повалился вниз. Мартин с удовлетворением глянул на сваленное дерево и самодовольно хмыкнул. Еще недавно он был не способен на подобную работенку. Обстоятельства меняют человека.
— Обруби ветви, хватай пилу и режь дерево на пни, — подсказал Мориц. — Я буду колоть их на дрова. Инквизитору будет чем согреть свою задницу.
