Заметив, на что именно я смотрела, он медленно провел языком по нижней губе, и зрачки его расширились от возбуждения. Про себя я закричала, чтобы привести в норму пульс. Меня не привлекает Экстон!
Мы молча наблюдали друг за другом, словно два противника, которые кружат по полю боя, но не знают, что делать дальше.
Он сузил карие глаза, глядя на мой парик, а затем снова перевел взгляд на мое лицо. Я так и не поняла, о чем он думал. У меня самой мысли и эмоции запутались сверх всякой меры.
– Адриана.
– Экстон.
– Какая занятная ночь.
Его голос был беззаботным, но я знала, что он наверняка потрясен не меньше меня.
Еще некоторое время мы молча смотрели друг на друга, потом принц опустился на колени. Во взгляде его появился мрачный блеск; он медленно обвел взглядом мое тело, несомненно заметив легкую дрожь мышц от спазмов наслаждения, утихших еще не до конца.
Я слишком поздно осознала, что моя юбка по-прежнему была задрана на бедрах.
Хотя вряд ли скромность сейчас имела значение. Принц совершил гораздо больше непристойностей, чем простой взгляд на мое обнаженное тело.
А я уже никак не могла отменить произведенного им эффекта. Он прекрасно знал, что мое тело принадлежало ему, однако умом я наконец-то разобралась в ситуации.
Он устроился у меня между ног. Лицо оказалось всего в нескольких дюймах от той точки, которая все еще пульсировала от его ласки. Часть меня хотела, чтобы мы надели маски обратно и закончили начатое.
Разумеется, мы не в первый раз позволяли себе такое.
Экстон снова переключился на меня.
В его глазах не было ненависти, но было нечто гораздо худшее.
И бесконечно более сложное.
Мне нужно было убраться подальше от него и этого проклятого взгляда, прежде чем мы натворим что-нибудь еще, о чем нам придется сожалеть этим же вечером. Наш разум явно помутился от неумеренной похоти.
Он никогда бы не стал…
Милостивые боги! Конкурс невест… Моя сестра… Я совсем забыла о том, что этот чертов повеса публично затеял конкурс по поиску жены. И все это время тайно встречался со мной.
Он не сводил с меня пристального взгляда, наблюдая, как я разбираюсь в эмоциях и фактах. Казалось, он не сопротивлялся правде: дыхание его было спокойным, а поза – расслабленной. И внезапно я все поняла. Как же я ошибалась, так жестоко ошибалась… Его вовсе не шокировало то, кем я оказалась.
Он все знал. С того самого момента, как я вышла на крышу в плаще, который он заказал. Этот проклятый богами демон все подстроил несколько дней назад. Так вот почему он прислал модистку… Вовсе не из-за нашей стычки на рынке, а чтобы удостовериться в моей личности. Он все спланировал. И куда бы нас ни вел этот замысел, я дала ему нерушимую клятву на крови.
Осознав это, я пошатнулась и отпрянула от него, однако это движение было слишком резким для того места, где я сидела, опершись о перила. Я тут же потеряла равновесие.
– Адриана! Нет!
Он потянулся ко мне, но я с криком опрокинулась назад, стремительно падая на землю.
Прямиком к неминуемой унизительной смерти с голой задницей.
Я не раздумывал, а действовал.
Спрыгнув с края крыши вслед за Адрианой, я устремился вниз с такой силой и скоростью, на какую только был способен. Я был готов нарушить любые законы природы.
Древние боги в кои-то веки улыбнулись грешнику вроде меня: я схватил ее и прижал к себе за секунду до того, как она рухнула на землю.
Как только она оказалась у меня в руках, крылья по волшебству вырвались из спины с оглушительным хлопком. Он разорвал воздух, заглушив веселый гомон посетителей таверн, которые выпивали на улице.
От мощных взмахов моих крыльев наметенный пургой снег взметнулся с земли и засыпал нескольких человек, которым не повезло оказаться поблизости.
Кто угодно сообразил бы, что этой ночью в «Семи грехах» был именно я. По кобальтово-серебряным драконьим крыльям меня ни с кем невозможно было спутать. Утром все желтые газеты будут пестреть заголовками, особенно в свете того, что участницы конкурса только что переехали в замок.
Но об этом я подумаю завтра.
– С вами все в порядке? – спросил я, перекрикивая яростно хлеставшие нас порывы ветра.
Адриана обхватила ногами мои бедра, сцепив лодыжки у меня за спиной, прижалась ко мне, и мы взмыли вверх, покидая ночной квартал. Отсюда он казался крошечным пятнышком ярких огней, мерцающих далеко внизу, пока и его не поглотила буря.
Самое неприятное во всем этом было то, что мой член по-прежнему остался тверд, как гранит.
И Адриана не могла этого не заметить, поскольку прижималась к нему.
Я стиснул зубы, пытаясь собраться с мыслями. Ее юбка по-прежнему была задрана до бедер, и разделяли нас только мои брюки.
Я пытался быть чертовым джентльменом, но при каждом движении Адрианы меня словно пронзала вспышка, от которой эта чертова штуковина подергивалась, упираясь прямо в ее тело.
Как будто ей и так не хватало поводов, чтобы поиздеваться надо мной.
Я постарался сосредоточиться на ледяном мокром снеге. Он колол мои крылья тысячей иголок, но когда она снова повернулась, даже этой боли оказалось недостаточно.
