Я почувствовал, как губы сами собой задрожали от смеха.
– Да, пожалуй, я люблю чудить чаще.
– Этим вы и славитесь, ваше высочество, – сказала она, бросив на меня проницательный взгляд. – Полагаю, именно поэтому вы и прислали нам все эти подарки. Чтобы в королевстве не стихали пересуды.
Тут передо мной возник образ Адрианы в маске на крыше «Семи грехов». Я вспомнил, как за ее спиной развевался судьбоносный новый плащ.
Лучше не рассказывать Иден всей правды об этих подарках.
Я откашлялся, подумывая о том, не ослабить ли галстук на шее.
Здесь внезапно стало так жарко? Может, мне лучше открыть окно?
Не обращая внимания на то, что я молчал, она продолжила:
– Вообще-то я говорила ей, что вы весьма обаятельный и щедрый мужчина. Естественно, несмотря на ее протесты.
Я прищурился.
– Она была против моих подарков?
– Да, категорически. Поначалу. Ее насторожило что-то в слове «невыносимый».
– Но в конце концов она смирилась?
– Не совсем, ваше высочество. Хотя на вашем месте я бы не стала беспокоиться. Она не упоминала вашего имени не меньше недели, а это, по-моему, можно считать прогрессом. Возможно, вам стоит попробовать послать ей еще подарков.
Иден отхлебнула чаю. И я был готов поклясться, что сделала она это для того, чтобы скрыть хитрый блеск в глазах. Я через силу воздерживался от дальнейших расспросов о ее сестре.
Мы оба знали, что отправить Адриане еще подарков было кошмарной затеей.
– А как насчет вас, Иден? Что находите интригующим вы?
Она наклонилась ко мне, понизив голос до заговорщического шепота.
– Влюбиться в того, в кого влюбляться нельзя.
Прежде чем я сформулировал ответ, она встала. Настроение у нее явно улучшилось.
– А что касается моей сестры, боюсь, вы попали в расставленную ею ловушку. Она не хочет этого признавать, но я-то знаю: втайне Адриана мечтает жить с кем-нибудь долго и счастливо.
Только не со мной.
Эта мысль оказалась неприятной по множеству причин.
– Вы с матушкой тоже любите почитать книги?
– В некотором смысле, ваше высочество. Маме нравятся романы, в которых много скандалов, а мне – кулинарные книги. Уверена, после моей недавней просьбы вас не удивит одно из моих любимых занятий. Я обожаю проводить время на кухне, хотя матушка не так часто мне это разрешает. Она вообще меня туда не пускает. Поэтому Вэнити и вызвалась меня сопровождать.
Я перевел взгляд на ее мать.
Пару дней назад я поручил придворным собрать сведения о семьях всех претенденток, а также проявить особое внимание к Софи Эверхарт. Если мне не изменяла память, согласно ее досье, она была безжалостна, когда искала себе мужа. Титулы ее не интересовали – ей требовалось только состояние.
Отец Адрианы слыл весьма оборотистым торговцем. Денег у него было столько, что он мог бы потягаться богатством с королевской казной.
Я задумался о причинах столько очевидной перемены обстоятельств, ведь Адриана плакала из-за разбитого бутылька с маслом и испорченного листа пергамента.
– Если захотите еще раз посетить кухню, она к вашим услугам. Постараемся занять вашу матушку, так что она вам не откажет.
– Сомневаюсь, что матушка откажет вам в хоть чем-то, если посчитает, что это поможет мне победить.
– Как прямолинейно с вашей стороны.
– Мы с сестрой действительно единокровные.
– Да, – сказал я. – И теперь я весьма отчетливо это осознаю.
Иден откланялась, и на ее место уселась следующая участница – Вэнити, блистательная аристократка из Дома Гордыни. Ее кандидатура тоже представляла большой интерес. Если бы я на самом деле искал жену, трудно было бы не обратить на нее внимание.
Я вспомнил о колонке мисс Суразицы, которая потрясла все королевство незадолго до того, как мы устроили чаепитие. Адриана утверждала, что я флиртую с Вэнити, но она была права лишь отчасти: я вообще не думал о ней своими любимыми придатками, я обдумывал тактический аспект. Ну и не забывал о ее красоте.
Разговор с Вэнити протекал легко, точно так же, как и прошлым вечером. Каждый раз, когда она смеялась, руки в перчатках касались моих брюк.
С ней было легко заигрывать. Я представил, как мы идем вместе по жизни, смеемся и находим общие интересы. К сожалению, я почти не обращал внимания на то, что она говорила, настолько был рассеян из-за того, куда моя заместительница ушла с королевского чаепития.
Когда Вэл прошмыгнула обратно в комнату, ей не надо было ничего мне говорить: что-то еще пошло не так.
Однако гости ничего не поняли по выражению ее лица.
Я не знал, в чем было дело – в Адриане или в том, что драконы снова напали на Беспощадный Предел. Казалось, последний час тянулся бесконечно.
Я сидел, улыбаясь и флиртуя, притворяясь, что меня ничего не тревожит, пока не закончил беседу с последней претенденткой.
Затем я встал, отряхнул брюки и попрощался со всеми.
Сердце бешено колотилось. Я шел по коридору и ждал, пока не услышал за спиной шаги Вэл.
– Ну и? – требовательно спросил я. – Что стряслось на этот раз?
Я вырывалась из рук того, кто меня поймал, тщетно пытаясь ударить его головой. Ладонью он приглушал мои крики.
