Рассеянный взгляд дракона никак не вязался с той хитростью, которую он продемонстрировал несколькими минутами ранее, во время убийства. Но у нас не было времени обдумывать, что за этим последует и почему изменился цвет его глаз.
В ночном небе показались еще три темные фигуры. Они рычали и хрипели, извергая белое ледяное пламя. Драконы спускались на нас, и в глазах их горели недобрые огоньки.
Остатки моей надежды на то, что все обойдется малой кровью, рассеялись окончательно.
На несколько мгновений драконы зависли в воздухе. Арктические порывы ветра от хлопанья их крыльев могли бы убить смертного.
К счастью, меня это могло лишь подтолкнуть к нападению.
На карту был поставлен мой дом.
Один из моих демонов был убит.
И неважно, что я вырастил этих драконов, что я считал их друзьями. Что бы ни происходило, я бы сделал все на благо этого гребаного королевства.
Даже если бы ради этого мне пришлось уничтожить всех драконов.
Я оскалил зубы, издал дикий рык и прыгнул на первое чудовище, ведь именно таковым Сильванус и являлся. Он был диким существом, которое хотело стереть с лица земли меня и моих братьев.
Кинжал моего дома сверкал, как падающая звезда. Он описал дугу в ночи: я целился прямо в сердце дракона. Но в последний момент ящер рванулся в сторону и отразил мой удар.
Я развернулся и атаковал еще раз. Танец смерти был хорошо мною отрепетирован и крайне жесток.
Краем глаза я увидел, как братья кружатся в своем боевом танце. Их напряженные лица освещали вспышки света, который отражался от оружия.
Они были полны решимости так же, как и я: поняли, что у нас не осталось другого выхода, кроме как убивать. Мы были рождены, чтобы уничтожать всех, кто осмелится встать на нашем пути.
Кровь и огонь, зубы и когти, клинки демонов и нерастраченная ярость серьезно ранили одного дракона. Трое других взмыли в небо, прежде чем мы отправились вслед за ними.
Гнев распахнул крылья в приступе ярости, но он был нужен мне здесь.
– Стой!
Я посмотрел на братьев, на их залитую кровью одежду и сверкающие клинки. Затем мотнул головой в сторону дракона, который лежал у моих ног. Это был Сильванус.
– Помоги мне поднять его.
Гнев расправил крылья при помощи магии, а затем наклонился к дракону. Тревога исказила его невозмутимое лицо.
– Он справится?
Грудь Сильвануса тяжело вздымалась от напряжения и ран. Он попытался встать, но тут же потерял сознание.
Он не был мертв, но умер бы, если бы я не доставил его к целителю, причем как можно скорее.
– Мы отвезем его в Дом Чревоугодия, вылечим и возьмем несколько образцов крови для исследования. Я буду держать его взаперти, пока мы не выясним, что здесь происходит.
Зависть вытер кинжал о штанину и убрал его в ножны.
– И каким же образом мы собираемся протащить раненого ледяного дракона весом в шесть тонн через твой круг?
– Вымоем, наденем на него праздничный колпак и скажем всем, кто спросит, что идем по ягоды? – предложил Похоть.
Гнев бросил на него раздраженный взгляд.
Я наклонился к Силу. Он пытался отдышаться. При виде него у меня самого заныло в груди, и я нежно провел рукой по боку ящера.
– Я пошлю ведьме весточку.
Похоть покачал головой.
– Мне это не нравится.
И его реакция была объяснима. После того, как драконы повели себя этим вечером, было сложно не задаться вопросом, а не замешаны ли во всем этом ведьмы. Повадки животных были такими странными и неестественными, что это попахивало колдовством.
– Есть еще какие-нибудь идеи? – спросил я.
Зависть взглянул на Гнева, выразительно приподняв брови. Военный генерал вздохнул:
– Спрошу жену.
Я кивнул в знак согласия. Смертные родственницы Эмилии были ведьмами, поэтому она умела обращаться с заклинаниями и применяла их куда лучше, чем любой другой обладатель магии, которого я когда-либо видел. Гнев не стал медлить и тут же вернулся в свой круг при помощи магии. Зависть присел на корточки рядом со мной. Похоть стоял, скрестив руки на груди, в нескольких шагах от меня. Взгляд его был прикован к раненому дракону.
– Если это было вызвано магией, – тихо сказал Зависть, – нам придется обо всем сообщить Гордыне.
Я провел рукой по волосам и выругался.
– Мы созовем встречу в верхах.
Вдруг над снегом заклубился дым, он потрескивал, как огонь, а когда туман рассеялся, там стояли, держась за руки, Гнев и Эмилия, одетые в черно-золотые наряды цвета их Дома.
В волосы Эмилии были вплетены цветы. Темные локоны свободно ниспадали по спине. Из-под плаща выглядывало длинное развевающееся платье, которое совсем не подходило для северных морозов. Вероятно, она была занята какими-то домашними делами, но все бросила и отправилась к нам. Мне захотелось заключить невестку в объятия, закружить ее и рассмеяться, но я не мог, только не сейчас, ведь Сил едва держался на ногах, а новобранец из охотничьего отряда был убит.
Лицо Эмилии омрачилось: она увидела лоскуты кожи, пропитанные кровью.
А потом заметила дракона.
Отпустив руку мужа, она бросилась к гигантскому зверю и опустилась перед ним на колени, не обращая внимания на то, что снег уже забился в складки ее юбок.
