– Соизволите придумать другую отговорку, или на этом все? В конце концов, мне еще искать жену на потеху.
– Наш редактор получил эти сведения от анонимного источника. Возможно, вам следует обратиться с жалобой к своим собственным печально известным придворным. Или к самому себе.
От взгляда, которым он меня окинул, увял бы самый стойкий северный цветок.
– Окажите мне услугу, мисс Сент-Люсент. Не показывайтесь сегодня на жеребьевке с именами. Не желаю, чтобы вы и близко подходили к этому мероприятию.
Не сказав больше ни слова, он направился к двери.
Должно быть, этот дьявол втихую занимался черной магией. Я вскочила с места как ужаленная и бросилась за принцем. Меня подтолкнули к действию предостережения Софи и слова о том, что я должна подумать о будущем сестры.
Не успел он сделать и шаг от входа, как я выбежала наружу.
– Ваше высочество, постойте!
Я и не думала, что мой голос прозвучит так громко. Звук практически раскатился эхом по внезапно притихшим улицам, несмотря на утреннюю суету.
Экстон напрягся.
Я не сразу осознала свою ошибку, а ведь я только что приказала принцу, да еще и на публике. Учитывая то, сколько внимания привлек этим утром его отбор, моя выходка не осталась незамеченной.
Несколько прохожих остановились и глазели на меня с отвисшими челюстями. Они смотрели то на меня, то на принца в ожидании того, как он отреагирует на столь дерзкое нарушение субординации.
По крайней мере, один слух я опровергла: между нами не было никакой тайной симпатии.
Экстон медленно развернулся ко мне. Выражение его лица было холодно-аристократичным. Если бы взглядом можно было убить, я бы в ту же секунду оказалась перед Создателем.
Принц подошел ко мне, взял за руку и вернулся в «Порочный ежедневник». Меня он потянул за собой, словно какое-то первобытное пещерное существо, заявляющее права на самку.
Чтобы избежать дальнейших сплетен, я молча последовала за ним, прокручивая в мыслях все возможные варианты жестокого возмездия.
– Вы истинный кошмар для моего здравого ума.
Прорычав это низким голосом, он пинком захлопнул за нами дверь.
– Забудьте об отборе невест. Позже я буду просто обязан отшлепать вас и наказать на глазах у всего этого чертова круга, чтобы им всем и впрямь было о чем посудачить.
И хотя его слова были грубыми и отвратительными, при одной мысли об этом у меня бешено заколотилось сердце – как же некстати в этот момент вспомнился незнакомец в маске.
Экстон зыркнул на меня, раздувая ноздри.
Клянусь кровью богов, никогда раньше мне так не хотелось, чтобы древние поразили меня ударом молнии, но я стояла и смотрела в потолок, как всегда на что-то надеясь.
Однако, увы, ни одно милосердное божество не испепелило меня внезапно, чтобы избавить от мучений.
А поскольку Экстон был Принцем Греха, он чуял влечение. И, несомненно, заметил его во мне, судя по вмиг напрягшемуся лицу. Он сосредоточился на мне; глаза его загорелись, но я не смогла определить наверняка, в чем была причина. На мгновение мне показалось, что он сжег все слои моей внутренней обороны и увидел все те тайные желания, которые меня когда-либо охватывали.
Однако уже секунду спустя выражение его лица изменилось.
– У вас жар? – осведомился он.
– Нет.
– Вас знобит?
– Нет. С чего вы взяли?
– Вы явно больны, раз… – После этих слов он оборвал фразу, изобразив плутоватую ухмылку, которая так ему шла. – Не хотелось бы ничего от вас подхватить, каким бы там недугом вы ни страдали.
Дьявольский взгляд, брошенный в мою сторону, говорил о том, что беспокоило его нечто иное, и мы оба это знали. Райли изо всех сил старалась не обращать на нас внимания, но только в коматозном состоянии можно было не ощутить странного напряжения, нарастающего в бюро.
Экстон перевел взгляд с меня на стол. Я была готова поклясться, что увидела, как в его голове заскрипели шестеренки. Он словно обдумывал, как бы уложить меня на стол, преодолевая искушение отшлепать прямо тут, на полу кабинета репортеров, и его совершенно не заботило, увидит ли нас кто-нибудь.
Из-за его греха мне стоило больших усилий не дать себе пойти на поводу у собственных желаний.
Ведь, будь все проклято, мое тело было совсем не против этой затеи.
Чтобы развеять морок, который меня опутал, необходимо было окунуться в самую ледяную лагуну на севере. Ни за что на свете я не позволила бы ему завести себя.
Я мило улыбнулась.
– Не бойтесь, я все так же презираю саму грешную землю, по которой вы ходите, просто хотела извиниться.
Его глаза сузились, но я так и не поняла отчего: то ли от моих извинений, то ли от попыток никак на него не реагировать. После долгой паузы его лицо снова приняло невозмутимое выражение.
– Как же вы все-таки благородны, юная леди, – промурлыкал он, прекрасно зная, что я терпеть не могу, когда он говорит со мной таким низким соблазнительным тоном.
И вот так мы снова стали с трудом друг друга выносить.
– Что ж, так и есть. Вам бы тоже стоило придерживаться понятий чести, раз уж выбираете себе супругу. Как бы трудно это ни было для негодяя вроде вас.
