Рукава были украшены десятками бриллиантовых нитей, искусно свисающих через разные промежутки. Они напоминали крылья, украшенные драгоценными камнями. По сравнению с рукавами корсет казался почти скромным. Он был выполнен из того же пенистого материала, что и юбки, присборен на плечах, с V-образными вырезами спереди и сзади – не слишком глубокими, но соблазнительными и со вкусом.
Должно быть, это платье стоило десятки тысяч монет – намного больше, чем мое годовое жалование в «Порочном ежедневнике». Оставалось лишь надеяться, что я случайно не пролью на него ничего за ужином.
Я и так была на взводе, а тут еще приходилось беспокоиться, как бы не испортить дорогое платье. К тому же никак не получалось выбросить из головы мысль о том, что деньги лучше тратить на благо общества.
Стоя там, в драгоценностях с головы до ног, я боялась показаться такой же легкомысленной, как дворяне, которые насмехались надо мной много лет назад. Я понятия не имела, как удержать язык за зубами в присутствии Экстона в течение следующих нескольких часов, да еще и не лишить сестру шанса на счастье.
Следующей в комнату вошла горничная, которая помогла мне надеть платье. Спустя несколько минут я привела себя в порядок, поправила бретельки и посмотрела в зеркало. Губы стали немного полнее, а ресницы – длиннее. Талант Карло неуловимо украсил мои черты.
Райли тихо присвистнула.
– Великолепно. Он пожалеет, что не сделал тебя своей, Ад.
– Это было десять лет назад. Уверена, он не меньше меня рад, что у нас ничего не вышло.
Но теперь я уже не так переживала из-за того, что мне придется присутствовать на сегодняшнем ужине в честь начала конкурса.
Может, Экстон и впрямь готовился потворствовать своему греху и ухаживать за семью женщинами, зато я не выглядела как увядающий цветок, который он оставил на полке. Я с трудом себя узнала.
Волосы ниспадали по спине длинными свободными волнами, при каждом движении задевая обнаженные лопатки. Маленький ободок, инкрустированный бриллиантами, убирал пряди назад и открывал тонкую шею.
Я была похожа на принцессу фейри.
У меня внезапно взмокли ладони.
– Как-то слишком для ужина, не думаешь?
– Вовсе нет. Я прекрасно понимаю, почему Экстон выбрал для тебя это платье.
– Он выбрал его для поддержания образа Иден, – напомнила я ей. – Он надеется, что в случае победы она будет выглядеть как избалованная принцесса, а ее семья будет достойна королевского титула.
– Говори что хочешь, но это платье было создано для тебя, Адриана. Все в нем идеально для тебя, в целом оно напоминает твой наряд для «Семи грехов».
Ледяной холодок пробежал по телу, тут же все испортив.
– Уверена, это совпадение.
Райли пробежала взглядом по платью сверху вниз.
– На самом деле это не костюм для «Семи грехов». Это платье сделало тебя похожей на клинок: ты красива, но смертоносна. Люди наверняка начнут судачить.
И прежде чем я притворилась больной, чтобы затаиться до того времени, как придет пора идти в «Семь грехов», Райли развернула меня к двери.
Я еще раз себя оглядела, и по спине пробежали мурашки.
Если Экстон хотел превратить меня в оружие, должно быть, он планировал битву. Но вопрос оставался открытым: он имел в виду войну между нами или вот-вот должно было разразиться еще какое-то сражение?
– Готова встретиться лицом к лицу со сплетнями? – спросила Райли с кривой улыбкой.
Обычно сплетницами были мы.
Я глубоко вздохнула и кивнула.
– Вот и узнаем.
Экстравагантного ужина не предполагалось: гостей ждала скромная трапеза для семи претенденток и их семей. Празднества должны были начаться на следующей неделе.
Но Экстон не подумал бы о скромности, даже если бы она тихонько похлопала его по плечу и зашептала на ухо. Или, что было куда предпочтительнее, пнула бы его пониже пояса.
Пока мы ждали у королевского обеденного зала, сбившись в неловкие кучки из семей, невест и горстки репортеров, артисты приносили блюда, больше походившие на цирковой реквизит, чем на произведения высокой кухни. По моему мнению, вышло очень удачно, учитывая нелепость конкурса невест, в котором все мы так или иначе принимали участие.
Я незаметно оглядела комнату, радуясь, что узнала каждую невесту. Годы репортажей о сплетнях наконец-то принесли свои плоды.
Эрудита Монро из Дома Лени устроилась в углу, уткнувшись носом в книгу.
Ава Райс из Дома Жадности и Омен Сигрейв из Дома Зависти расположились в противоположных концах зала и сверлили друг друга взглядами, что было неудивительно: ходили слухи, что их отцы находились в состоянии войны, после того как им пришлось влезть в большие карточные долги.
Аллюр Уитлок из Дома Похоти обхаживала почти всех репортеров, за исключением Райли. А претендентка от Дома Гнева, Кобра Пирс, происходила из легендарного бойцовского рода. Подтверждений этому так и не появилось, но ходили слухи о том, что ее предыдущий возлюбленный загадочно погиб во время охоты, устроенной ее отцом. Я сделала мысленную пометку не будить в ней зверя.
