– Я не верю, что ты это делала. Ты была слишком увлечена попытками заполнить пустоту внутри себя кровью, местью и смертными, недостойными твоего внимания. Ты делаешь все возможное, чтобы продолжать двигаться, потому что знаешь, что, как только остановишься, собственные мысли съедят тебя заживо. Ты набрасываешься и атакуешь, потому что гнев лучше горя. Это лучше, чем заново переживать каждое воспоминание, хорошее и плохое, каждый смех и улыбку, все, что ты сказала или могла сказать. Это лучше, чем знать, что никакое количество плоти или крови не отменит того, что ты действительно потеряла ее навсегда.
Моя рука снова устремилась вперед, только на этот раз она попала в цель. Я ударила его так сильно, что мою собственную ладонь пронзила острая боль. Он мог предотвратить мою атаку, но не сделал этого.
– Я тебя ненавижу.
– Это хорошо. – Он аккуратно взял мою руку и поцеловал ладонь. – По крайней мере, ты что-то чувствуешь. Что еще ты хочешь мне рассказать?
– Что ты меня затрахал.
Я выдернула руку из его хватки.
Самкиэль сделал шаг вперед, занимая каждый дюйм моего пространства. Моя спина снова врезалась в стену, и я подняла голову, чтобы на него посмотреть. Всемогущий Король-бог уставился на меня, и в этом обжигающем взгляде не было и капли нежности – я была бы глупа, если бы признала, сколько жгуче-острых ощущений он во мне пробудил. Он уперся в стену по обе стороны от меня – его силуэт был горячим, внушительным и доминирующим. Я его не боялась. Никогда. Ни один из нас не чувствовал страха по отношению к другому.
– Хочешь, чтобы я это сделал? Это поможет? Разве тебе не хватило того, что было на Онуне?
Серебряные линии обрамляли его глаза, и мне не хотелось даже думать о том, что это значит.
– Хотя, учитывая, как страстно ты целовала меня в прошлый раз, я готов поспорить, что смертные не удовлетворили тебя. Так что, предполагаю, ты все еще обделена, моя Дианна.
Его глаза скользнули по моему лицу и ниже, мое тело охватил жар. Я так давно не слышала этих слов, что чуть не замурлыкала. Он прижался ко мне своим твердым телом, и что-то внутри меня сжалось. На смену гневу пришло нечто другое, гораздо более сильное и опасное для нас обоих.
Меня охватило непреодолимое чувство вины, и я оттолкнула его назад. Он отступил, давая мне чуть больше пространства.
– Что, теперь ты осуждаешь меня из-за того, как я справляюсь со своим горем?
– Осуждаю? Нисколько. Я уходил от проблем, выбирая куда более неудачные способы, чем ты. Поверь мне. Тебе придется прожить тысячу лет, чтобы меня догнать, – усмехнулся он. – Ты права. Я не могу указывать тебе, как справляться с болью, но, боги, Дианна, ведь ты могла бы использовать меня. Я бы позволил, и ты это знаешь. Все, что ты пожелаешь, когда и как тебе захочется. Все, что тебе нужно сделать, – попросить.
Я дрожала всем телом, с трудом удерживаясь от того, чтобы не броситься на него и не принять все его предложения. Мне отчаянно хотелось позволить ему взять меня прямо здесь, у этой стены. Я знала, что он был искренен в каждом своем слове. Он уже не раз демонстрировал, как хорошо умеет меня отвлекать, но это не могло исцелить боль, злость и горе внутри меня. Ничто не могло.
– Замечательно. – Мой голос прозвучал далеко не так строго и холодно, как мне хотелось. – Пожалуй, я откажусь. Можешь от меня отойти?
Легкая улыбка расплылась по его лицу, когда он поймал мой взгляд, задержавшийся на его губах, и я возненавидела его еще больше. Он наклонился вперед, и я задержала дыхание, думая, что он снова собирается доказать мне, что я лгу. Было бы ложью сказать, что мой рот не приоткрылся в предвкушении. На мгновение Самкиэль оказался на расстоянии волоска от моих губ, а затем оттолкнулся от стены и направился в холл. Я сделала глубокий вдох, стараясь восстановить то немногое самообладание, которое у меня осталось, и убедить себя, что я не жалею о своем выборе. На ватных ногах я последовала за ним.
Самкиэль взял со стола в центре комнаты стопку бумаг и куртку, брошенную на спинку стула.
– Я вернусь через несколько дней.
– Несколько дней?
Мой голос прозвучал так пронзительно, что я чуть не вздрогнула.
– Да. Мне нужно многое обсудить с Советом. Я следил за твоим состоянием целую неделю.
Неделя? Мой разум в панике пытался осознать происходящее, но все затмевала лишь одна мысль. Несколько дней? Здесь? Одна? Мои ногти впились в ладони. Нет, я не смогу. Он не оставит меня наедине с моими мыслями. Я не вынесу.
– Ты не можешь оставить меня здесь так надолго.
Он просунул руки в рукава куртки, от его мощных бицепсов ткань натянулась. Я задержала на них взгляд, прежде чем одернуть себя и постараться отвлечься.
– Могу, и ты не будешь одна. Члены Руки будут за тобой присматривать. У тебя будет еда, одежда и все необходимое. Я об этом позаботился.
В этот момент пазл в моей голове сложился, и у меня перехватило дыхание. Самкиэль отстроил этот дворец не для себя. Он сделал это ради меня. Теплое чувство, которое, как мне казалось, погибло вместе с Габби, вновь согрело мою душу.
И замок на двери задребезжал.
