– Исключено!
– Я с вами полностью согласен.
– Значит, первая волна через три месяца.
Крикс кивнул.
– Всё?
– Изменилось поведение пленника. Больше месяца он провалялся как тюфяк, а теперь решил вернуть себе форму: поднимает мебель, отжимается от пола, бегает по комнате. Вдобавок ко всему Иштар заговорил.
– Что он сказал?
– Требует женщину.
Адэр рассмеялся:
– Так и до гарема недалеко.
– Он требует Малику, – холодно произнёс Крикс и поднялся. – В мои обязанности входит не только наведение порядка в стране, но и сохранность жизни высокопоставленных особ. Малика Латаль является одной из них. Или я не прав?
– Прав.
– Я наказал охранителей, которые позволили Малике войти к ракшаду.
– Ты хотел сказать, стражей.
– В тот вечер в карауле стояли ваши охранители. Мои стражи не нарушают приказов.
– Как ты наказал моих людей?
– Пятнадцать суток ареста.
– Крикс! Охранители – подданные Тезара. Заметь, не твои стражи, а граждане другой страны.
– Пока они находятся в этом замке, они будут выполнять мои приказы.
– Ты слишком много на себя берёшь, Крикс.
– В таком случае прошу вас дать мне письменное распоряжение не препятствовать старшему советнику. И укажите, что ответственность за её жизнь вы возлагаете на себя.
Адэр сжал кулак:
– Хорошо, Крикс. Я поговорю с ней.
– Разрешите идти, – сказал страж и открыл двери.
Из приёмной донёсся знакомый голос.
Адэр грохнул кулаком по столу:
– Гюст! Почему мой конфидент до сих пор не у меня?
В кабинет вошёл Тауб Скорз – невзрачный человек, с которым можно ежедневно сталкиваться в коридоре, но так и не запомнить его лицо.
Поставив возле грязных ботинок потёртый портфель, Тауб со смущённым видом одёрнул не первой свежести пиджак:
– Прошу прощения за вид, мой правитель. Решил сразу к вам.
– Гюст! Оставь нас! – бросил Адэр.
Секретарь нехотя вышел.
– Граф Бариз перевёл деньги за замок на ваш счёт, – сказал Тауб.
– Банк уже сообщил мне.
– Есть покупатели на замок Грёз.
За долю секунды перед внутренним взором промелькнули аллеи, пруд, высокие башни и оплетённые плющом стены. Только там, вдали от отцовского дворца, Адэр чувствовал себя дома. С замком Грёз было связано много воспоминаний: любвеобильные ночи и тихие дни, долгожданное одиночество и шумные пирушки.
– Замок Грёз не продаётся. Что ещё?
– Бывалые люди поговаривают, что Тезар замер. А ещё говорят, что это не к добру.
Адэр сжал подлокотники кресла:
– Говори прямо.
Тауб открыл портфель и достал бумаги:
– Ювелирные конторы Тезара отказались от участия в аукционе.
– Что?!
Тауб протянул лист. Адэр пробежал глазами по строчкам. Между стиснутыми зубами с усилием пролезли слова:
– Не их уровень… – Скомкал документ в кулаке. – Не их уровень…
Тауб положил на стол ещё один лист:
– Это список дворян из Градмира, которые изъявили желание посетить выставку.
Царапая подлокотники ногтями, Адэр смотрел в фиолетовое небо за окном. Это только начало… начало расплаты за плебеев в зале Совета. В Порубежье стекутся зеваки. Присутствовать при унижении сына Могана дорогого стоит.
– Восемь человек… – несмело проговорил Тауб.
Адэр заскрипел зубами. Разве восемь человек в состоянии купить столько драгоценных камней, сколько может позволить себе одна ювелирная контора?
– Моя сестра?
– Её имени в списке нет.
– Всё? – спросил Адэр, надеясь, что Тауб покинет кабинет и даст ему возможность выплеснуть злость без свидетелей.
Конфидент посмотрел на последний лист:
– Мне велели испросить у вас разрешения на участие вашего рысака в скачках на кубок Маншера. Он двукратный чемпион, и организаторы надеются, что вы не нарушите добрые традиции.
– Когда скачки?
– Тут всё написано. – Тауб положил документ перед Адэром. – Если вы не возражаете, поставьте подпись на заявке.
Адэр сгрёб лист в ящик стола:
– Всё?
Тауб вновь прошёлся по натянутым нервам:
– Организаторы скачек выразили надежду на ваше присутствие на ипподроме Маншера. Теперь всё.
Отпустив Тауба, Адэр заметался по комнате. Чёрт бы побрал Малику с её выставкой! Уже сегодня, невзирая на поздний вечер, он ехал бы в Тезар. Лично проследил бы за подготовкой скакуна, за его перевозкой в далёкий Маншер. К чёрту подготовку и перевозку! Окунуться в забытую жизнь, погрузиться с головой в увеселения и вседозволенность, напиться до беспамятства и очнуться в окружении высокородных красавиц – вот чего ему не хватает.
Адэр рухнул в кресло, убрал с Писания папку. Хорошо… если в этом фолианте находятся подсказки по выходу из сложных ситуаций – достаточно открыть его наугад, взять словари, чтобы определить, на каком языке написан текст, и прочесть подсказку: ехать в Маншер или забыть о скачках.
Адэр раскрыл книгу. В лёгкие хлынул воздух из ущелья Испытаний, пропитанный запахом скал, ароматом трав и влагой ледяных водопадов. На развороте не было ни фразы, ни слова, ни точки! Адэр быстро перевёртывал страницы, прижимая ладонь к носу; запахи молниеносно сменяли друг друга. Иногда текст шёл сплошной стеной, иногда был коротким, как торопливая записка. Встречались и чистые листы: с десяток на толстый том.
Адэр захлопнул книгу. Надо чётко сформулировать вопрос. Бросить всё к чёрту или остаться?
