Я утвердительно кивнул и сел в кресло рядом с Тоней. Мы миновали тоннель, потом справа замелькали посёлки Большой Ялты. Когда автобус начал подъём к Ангарскому перевалу, Тоня положила голову мне на плечо и уснула. Ветер ласкал подол её короткого платья, открывал загорелые коленки. Я смотрел на эти красивые коленки и всё не мог понять, как это происходит: вчера я мог вмиг снять с девушки платье и целовать прекрасное тело; сейчас я могу лишь любоваться подругой и чувствовать её дыхание; а через два часа уже не смогу увидеть. Я надену косуху и поеду по ночному Симферополю в паб, где любимые друзья разольют по бокалам тёмное пиво. Закрою за собой стеклянную дверь студии звукозаписи, надену наушники и подключу гитару. Проснусь дождливым утром в прокуренной комнате: «Пирамида зеленых штыков, россыпь кассет — это наш сумбурный still life…» Буду пить дешёвый кофе в университетской столовке, пойду холодным коридором университета в библиотеку, и за заклеенными в зиму окнами читального зала начнётся снегопад. Проснусь в палатке на нижнем плато Чатыр-Дага, замёрзшими руками разведу огонь, а потом возьму рюкзак и зашагаю мимо луж осеннего шоссе. И Тони рядом со мной — не будет. Я представил, как она в коротких шортах и маечке играет в теннис на залитой солнцем лужайке, подпрыгивает с ракеткой, и как поднимается её грудь. Идёт со стопкой книг по брусчатке Андреевского спуска. Кутается в серое пальто рядом с памятником князю Владимиру и смотрит, как на Днепре начинается ледоход. Засыпает в вышитой буковельской рубашке при мягком свете жёлтой лампы, обнимая подушку, а за окном шумит дождь.
Мы въехали в Симферополь, миновали центр, свернули на улицу Воровского. Вот справа осталась Петровская балка, замелькали скалы Неаполя Скифского.
— Эй, парень, там стоять нельзя, я приторможу на минуту — и ты выйдешь, ладно?
Я прикоснулся к щеке Тони, она проснулась и секунду не могла понять, что происходит, где мы.
— Тоня, надо идти.
— Иди, — она улыбнулась, — я тебя ещё увижу?
— Конечно, — ответил я и поцеловал её.
Автобус притормозил, я взял гитару, сумку и спрыгнул на траву газона. Мерседес тронулся, выехал на кольцо, а потом скрылся за поворотом. Я перешёл дорогу у гостиницы «Москва», спустился по ступенькам к речке, остановился у чёрных железных перил над водой. Начал искать сигареты и не мог найти. Руки не слушались. Вспомнив, я присел на корточки, открыл боковой карман чёрной сумки и вытащил оттуда пачку красных Marlboro. Оказалось, что в пачке — последняя сигарета. Я облокотился на железную ограду и посмотрел на Салгир.
В прозрачной воде проплывала пожелтевшая листва, над тополями вдоль реки поднимались кучевые облака.
Я чиркнул спичкой и закурил.
08.02.2016 — 25.11.2022, Севастополь
