Милиционер посмотрел на него с испугом и изумлением одновременно, потом осторожно взял золото в руки так, будто оно было проклятым.
— А не жирно ли ему будет? — спросил Кистенёв, волоча вместе с Крейтоном сумку к остановке.
— В наших руках ключ ко всем банкам и сокровищницам в тысячах миров, нам ли быть жадными.
После этого он снова поднял свою сумку и направился к остановке. Семелесов стоял, прислонившись спиной к столбу, подпиравшему козырёк на остановке, под его белой испачканной рубашкой чётко проступали перевязочные бинты.
— Живой? — спросил у него Крейтон, бросая сумку на землю.
— Пока да.
Стоявшие на остановке люди наградили прибывшую компанию удивлёнными взглядами, которые из приличия пытались неумело скрыть. Больше всего, похоже, был для них непонятен Крейтон в чёрном плаще и тростью, которую он нёс всю дорогу под мышкой.
Вскоре появился автобус. Прямоугольный светлый пазик, мерно рычавший мотором, он описал широкий круг, разворачиваясь. Многие люди, зашедшие по дороге, уже сидели на своих местах, немногие, которым нужно было сходить на этой остановке, толпились возле дверей. Первыми вышла какая-то старушка, потом женщина с двумя детьми, но вот следующий пассажир, завидев на остановке Крейтона, встал как вкопанный и злобно выкрикнул:
— Какого…
Крейтон прошептал что-то подобное и тут же бросился к автобусу, выхватывая на ходу клинок из ножен и перехватывая трость. Векслер тоже одновременно с ним выхватил оба клинка и спрыгнул на землю. Среди людей разнеся крик ужаса, все бросились врассыпную, завидев шпаги.
Скрестив трость и шпагу с клинками Молентена, Мессеир, продавив вперёд конец трости, ткнул им в то место, где у Векслера было огнестрельное ранение, полученное тогда в парке. Тот подался назад и отошёл чуть в сторону от автобуса.
— Залезайте живо! — скомандовал Мессеир, встав между Молентеном и дверьми.
Он выпустил лезвие, спрятанное в трости и теперь тоже вооружённый двумя клинками стоял напротив Векслера. Тот не заставил себя ждать, быстро налетел на Крейтона, но тот без труда отбил его удары и, дождавшись пока его спутники залезут в автобус, сам отошёл к дверям и запрыгнул на ступеньку, крикнув водителю: «Трогай!».
Векслер прыгнул за ним, когда автобус уже двинулся, он попытался запрыгнуть внутрь, схватился за трость Крейтона, пытаясь удержаться на краю ступеньки. Мессеир, достал пистолет, но Векслер перехватил его кисть и направил ствол в потолок. Мессеир попытался вырвать трость, но Молентен намертво в неё вцепился, и тогда он просто отпустил её и тот выпал вместе с ней наружу.
Тут же закрылись механические двери. Крейтон медленно поднялся в салон. «Она нам больше не нужна»: пояснил он, после чего повернулся к пассажирам и, подняв руки, произнёс успокаивающим голосом:
— Не беспокойтесь, мы законопослушные граждане, такие же, как и вы, мы не причиним вам вреда, нам нужно просто доехать до города.
Впрочем, слова его успокаивающего эффекта не произвели, и тут Крейтон вспомнил, что всё ещё держит в руке пистолет. Поспешно убрав его, он натянуто улыбнулся и медленно присел на одно из передних сидений рядом с Клементиной, как раз напротив Кистенёва с Семелесовым. Он с облегчением вздохнул и уже положил голову на плечо девушки, как вдруг Алексей обратился к нему:
— Может быть, момент сейчас не самый подходящий, Мессеир, но хотелось бы сразу уточнить: о каких ещё Einzelheiten шла речь и почему ты нам их не рассказал?
Вечером того же дня когда участковый уже собирал вещи, чтобы бежать как можно дальше, он вдруг с ужасом услышал как снаружи к отделению подъехала машина. Полицейский тут же замер и перевёл взгляд на сидящего в углу человека, выглядевшего совершенно спокойным. Только его рука медленно проскользнула под полу плаща, и остановилась там, взявшись за что-то.
— Спокойно, ведите себя естественно, — произнёс он и медленно перевёл взгляд на дверь.
Участковый задвинул под стол сумку, в которой лежали золотые слитки, переданные ему Крейтоном, и встал рядом, машинально положив руку на кобуру табельного пистолета.
Через пару минут в комнату вошли двое в милицейской форме, вслед за которыми появился ещё один: полноватый тип лет пятидесяти, с выглядывавшей из-под фуражки залысиной, полковник, судя по погонам. Сопровождающие тут же разошлись в две стороны и достали оружие.
— Это ещё кто? — хриплым голосом спросил полковник, кивком указав на человека, сидевшего в углу.
— Не ваше дело, — флегматично ответил Молентен.
Полковник будто не заметил его и повернувшись к участковому.
— Что за чертовщина у тебя тут твориться! — рявкнул он, подходя к столу, рядом с которым стоял участковый, начинавший бледнеть лицом.
— Как точно вы подобрали слово, лучше всё это и не назвать, — тем же издевательски-спокойным голосом проговорил Векслер.
Тот как бы невзначай пошевелил рукой, и пола плаща спала, открыв пистолет в руке мантийца.
— Я бы на вашем месте положил оружие, молодой человек, — ровным голосом проговорил полковник как будто всё так и должно было происходить, — живым вы отсюда всё равно не уйдёте.
— Я уходил живым из куда более опасных мест.
