Края леса они достигли примерно через час подъёма по Черноголеевке. Когда лодка подошла к тому месту, где по берегам поле сменялось стеной густого лиственного леса посередине разрезанного руслом реки, Мессеир попросил Кистенёва сменить его на вёслах и встал спереди, достав блюдце с яблоком, служившее им вместо компаса.
— Нам действительно нужно плыть туда, — спросил Василий оборачиваясь.
— Именно, друг мой.
Кистенёв только тяжело вздохнул и недовольно посмотрел на Семелесова, которому, по-видимому, было на всё плевать, и он спокойно сидел на корме, смотря куда-то вдаль и вверх.
Сначала не происходило ничего особенного, лес по берегам уже не выглядел угрожающим. Давила только тишина. Из леса было слышно разве что негромкое пение птиц, в остальном над водой царило леденящее душу спокойствие, так что обычный плеск воды и скрип уключин казались жуткими, и раздававшееся время от времени в прибрежных зарослях шуршание или плеск, заставляли вздрагивать всех кроме разве что Крейтона привычного к вещам и похуже.
Впервые они увидели цель своего путешествия, когда лес по берегам немного отступил, и на пологих склонах холмов зазеленели поля, поросшие высокой травой. Первым его заметил Мессеир, который чуть приподнявшись, довольно произнёс:
— Вот он, красавец.
Его друзья тут же повернули головы в ту же сторону и действительно увидели над кромкой растущего на холме леса медленно двигавшуюся жирную тёмную точку. Семелесов тут же бросил вёсла и приподнялся, отчего лодка угрожающе закачалась, Кистенёв схватил ружьё.
— Успокойтесь, друзья мои, он от нас далеко, — флегматично произнёс Крейтон. — И положи оружие на место, Вася, для него эти пули всё равно, что мелкая дробь, не пробьют даже чешую.
— Тогда зачем мы их взяли?
— В этом лесу полно ещё всякой дряни. А чтобы убить дракона, нужен как минимум «Стингер» или «Игла», с мечом на них ходят только в сказках.
— Есть ещё вариант, сразу прилететь на тяжёлом штурмовом вертолёте с установленными ракетами «воздух-воздух», но это всё мечты, — сказал Семелесов, садясь обратно за вёсла.
— Или чисто мантийский вариант: дирижабль жёсткой конструкции, — добавил Мессеир.
После Крейтон несколько раз сверялся с картой и с яблоком, сделав вывод, что скоро нужно будет выходить на берег.
И выходить действительно вскоре пришлось, когда на берегу появились странные холмики поросшие травой, из-под которых местами виднелись почерневшие брёвна, оставшиеся видно от стоявших там домов. Крейтон приказал причалить и все трое отправились осматривать это странное место. Ружья держали наготове, хотя в округе, похоже, не было ни одной живой души. Между остовами домов ещё проглядывали улицы, теперь заросшие травой и редким лесом. Несколько раз встречались полуразвалившиеся каменные печи, с которых уже слетела почти вся побелка, а местами рассыпался и кирпич.
Приказав стоять своим друзьям на месте, Мессеир отошёл куда-то в сторону, зашёл внутрь развалин одного из домов, послышался треск, ветхого дерева, когда он расчищал вход и через минуту Крейтон вернулся к своим, держа в одной руке карабин, во второй старую фарфоровую чашку, всю в грязи, со сколотым краем.
— Люди уходили отсюда в спешке, — заявил он уверенно. — Посуда, похоже, ещё стояла на столах.
Мантиец отбросил чашку в траву и, пройдя мимо Кистенёва с Семелесовым, зашагал в сторону лодки.
— Да что здесь произошло, чёрт побери? — спросил Василий.
— Всё что я могу сказать так это то, что здесь был пожар.
— То есть эта деревня отчего-то загорелась.
— Или от кого-то.
— Думаешь, здесь был дракон?
— Вряд ли, костей не видно, люди уходили торопясь, но уйти всё же успели, далеко ли это отдельный вопрос. Хотя тела могли и унести.
— Странно, — проговорил Кистенёв. — Почему я ни разу не слышал про это место?
— Таких деревень брошенных по всей стране видимо-невидимо. А тут сама деревушка небольшая дворов двадцать не больше, — вставил Семелесов. — Да и местечко странное, кто мог здесь поселиться. Даже церкви нет.
— Какая разница, — проговорил Крейтон, двинувшись к реке. — Нужно проплыть ещё версту другую, а там можно будет разбить лагерь.
В лодку возвращаться не хотелось, но и оставаться в брошенной деревне желания не было. Так или иначе, когда холмики с торчащими брёвнами, исчезли за поворотом реки, Василий почувствовал явное облегчение. Не дожидаясь пока можно будет вновь пристать к берегу, решили перекусить прямо на лодке, в момент, когда сменялась очередь грести, так чтобы не прерывать плавания, а есть по очереди.
— Я вот только одного не понимаю, Мессеир, — заговорил Кистенёв, сидя на вёслах. — В вашем мире умеют дрессировать драконов?
— Говорят, умели раньше, когда они ещё водились в Горнии и Ангельдарии.
— Они вымерли?
