Максимально низко в сидячем положении, но он сумел искренне поклониться ей в знак своего уважения. Этот поступок не казался ему опрометчивым. Если ему удастся доказать своё обещание делом, то сможет перестать бояться её, заполучив верного и могущественного союзника.
— Куда же держишь ты путь после Сиверина? — спросил он, продолжив диалог на харском.
— Домой. В Бхарт. Отец сказал самой возвращаться обратно, если на третью зиму он так и не появится.
— И зачем? Вдруг его там нет.
— Там есть тайник с книгами по магии. Если… если ты прав, то я сама изучу их.
Ака молчал, наблюдая за её чумазой мордашкой со звериными глазами. Урра же терпеливо ждала его ответа, неспешно доедая похлёбку. Ака не торопился. Веселье сползло с его лица, и он хмуро размышлял. Целью его раздумий была Нсараа́ши, Богиня Судеб. Та неспроста свела их вместе. Слишком невероятное совпадение в том, что его вдруг потянуло к Аире, а путь лёг именно через Катмар, где он и познакомился с Уррой. Подобные события на Тануане принято считать волей Богов. Вот только вновь почувствовать на себе их взор Ака не хотел. Не снова — хватило и предыдущего раза. Однако в их с Уррой случае ситуация совершенно отличается от той, что случилась с ним в детстве. Богиня Судеб уже сплела его тропу жизни с тропой сабиариса, а потому развязка их встречи уже предрешена. И он не в силах ни узнать её заранее, ни изменить. Все его дальнейшие действия уже предопределены, и даже вонзи он себе нож в сердце — это всё равно было бы предвидено Богиней Судеб.
Не отрывая взгляда от Урры, Ака задумчиво приложил сложенные ладони к подбородку и начал молиться Нсарааши с просьбой послать ему благополучное будущее. Послушает его Богиня или нет — он не мог знать, лишь надеяться на её благосклонность.
— Ассар, а почему ты запечатался?
Голос Урры вырвал его из мысленной и сумбурной молитвы. Ака посмотрел на неё и подметил, что после раскрытия её истинного возраста она словно по щелчку перешла с ним на «ты». А ещё ей удалось распознать и тип печатей, что говорило про её знания в этой области. Он задумался на некоторое время. Соврать или нет — с ней этот вопрос был куда острее, чем обычно. Да к тому же, она даже до сих пор не знала его настоящего имени. Поставив пустую тарелку на нетронутый снег рядом с собой, Ака стал укладывать несколько веток вокруг костра. Обходя очаг, подошёл практически вплотную к Урре, которая с любопытством повернула к нему голову, наблюдая за ним звериными глазами.
— Я убил половину своей семьи, — отвернувшись под напором её взгляда, ответил Ака.
— Шутишь? — недоверчиво спросила она.
— Такая магия мне не нужна.
Интерес Урры к его печатям затух, словно всеми забытый очаг, и между ними вновь повисла тишина. Пройдя между ней и костром, Ака продолжил обкладывать его ветками. Сделав круг, накидал оставшийся сушняк на самую шапку кострища. Развесистые ветки частично скрыли огонь, от чего их полянка на время погрузилась в полумрак. Ака сел на своё место и посмотрел на Урру, которая о чём-то задумалась, глядя в костёр.
Пока он размышлял, идти им вдвоём в Бхарт или расстаться в Сиверине, Урра задумчиво вытянула руку в сторону и ещё сильнее нахмурилась, словно вспоминала какую-то мелкую и важную деталь. Из её раскрытой ладони с хорошо знакомым Аке треском вырвались голубоватые искры. Через мгновение его ослепила яркая вспышка.
Шарах!.. вслед за вспышкой до него долетел и хлопок молнии.
И всё резко затихло. Ака открыл закрытые на рефлексе глаза. Урра сидела в прежней позе, словно ничего и не было. Лишь слегка дымившееся рядом с ней дерево напоминало о том, что она использовала грозовую магию или…
— … печать? — закончил он мысль вслух.
Вместо ответа Урры задрожало то самое дерево. Треща корнями в промёрзлой земле, оно слегка накренилось в сторону. От этого почти весь снег осыпался, обнажив грязно-бурый скелет дерева из тонких веток. Ака уже перестал сомневаться в том, что Урра изменяла рисунок где-то на своём теле и превращала одну элементальную печать в другую. Ведь будь их больше одной, то ни та, ни другая не действовала бы. Прямо как её отец три года назад в Бхарте. Урра по-прежнему оставалась в той же позе, напряжённо смотря на костёр. А после этого она без колебаний сунула вторую руку прямо в полыхавшие ветви по самое запястье. Ака вздрогнул, а потом вытянутая в сторону дерева ладонь Урры вспыхнула небольшим пламенем. Горящие пальцы практически сжались в кулак, едва не затушив огонь. Через пару секунд они резко распахнулись, и полыхающий шар стремительно полетел во всё то же дерево, оставляя за собой причудливые тени. Столкнувшись со стволом, пламя вспыхнуло, растеклось по коре подобно воде и застыло на месте, переливаясь небольшими язычками, а потом резко погасло.
