Асидзава спокойно отворил дверь с золоченой надписью «Редакция журнала «Синхёрон». Обостренный слух улавливает шаги двух человек, проходящих дальше по коридору. Не оглядываясь, Асидзава закрыл за собой дверь. Шаги, гулко раздаваясь по коридору, постепенно удаляются. В какое-то мгновение Асидзава с облегчением чувствует, как стучащая в висках кровь успокоенно растекается по всему телу.
Кабинет директора издательства — светлая угловая комната. Прохладный ветерок, влетающий сквозь четыре больших окна, надувает шторы. Асидзава отдал шляпу и трость секретарше и снял пиджак. В золотой булавке, придерживающей галстук, зеленым огоньком мелькает изумруд.
— Вам только что звонил господин Киёхара.
— Хорошо.
Он просил передать, что в полдень будет ждать вас в здании «Токио-кайкан».
Очень хорошо.
Потом, Окабэ-сан 2 ждет вас...
Прекрасно, прекрасно. Пусть войдет.
Директор Асидзава подошел к окну и, подставив спину ветерку, закурил папиросу. Он немного сердит на себя за испуг, пережитый минуту назад по милости шпиков из тайной полиции. В самом деле, кого ему бояться?.. Однако действительность гак причудлива, что не бояться нельзя. И чем дольше продлится война, тем страшнее будет эта действительность... Сегодня все кончилось благополучно. Но не исключено, что в один прекрасный день эти двое и в самом деле ворвутся к нему в кабинет. Скверное предчувствие!
В дверь постучали В комнату вошел главный редактор Окабэ, полный, цветущего вида мужчина. Его пухлые глянцевитые щеки и слегка лысеющий лоб так и лучились здоровьем. Окабэ вошел бесцеремонным широким шагом и сразу же, без вступлений, начал привычной скороговоркой:
— Опять неприятности, шеф! Только что звонили из информационного бюро военного министерства. Приказано явиться немедленно. Сейчас я отправляюсь. Опять будет нахлобучка. Держу Пари, что из-за статьи Киёхара-сан в сентябрьском номере.
— Опять! Ну и достанется тебе! Уж постарайся как-нибудь вывернуться.
Статья Сэцуо Киёхара написана блестяще. Именно поэтому она и вызвала неудовольствие военных кругов. Сегодня утром, когда Асидзава выходил из дома, жена говорила, что беспокоится из-за прямого характера брата. По-видимому, она оказалась права.
Главный редактор Окабэ всегда знал подноготную всех происшествий. Он обладал поразительным чутьем на всякого рода новости. Это было его гордостью, его коньком. Закулисная подоплека события — вот что интересовало Окабэ больше всего. На ее основе он составлял обо всем свое особое мнение, причем сплетни и толки имели для него решающее значение.
Без пиджака, в рубашке с короткими рукавами, он присел на подлокотник кресла и, сложив на груди толстенькие ручки, принялся скороговоркой выкладывать новости.
— Из статьи Киёхара-сан, ну да, вот из этой самой статьи, в которой он пишет о вступлении наших войск в Южный Индо-Китай и о влиянии этого события на ход переговоров с Америкой, можно сделать вывод, будто наше продвижение в Индо-Китай грозит войной. Но мне лично кажется, что вступление наших войск в Индо-Китай— просто-напросто обманный маневр со стороны военных кругов. Это сделано нарочно. Вот увидите, прежде чем воевать с Америкой, мы начнем войну против Советского Союза. Ведь немецкая армия усиленно жмет на восточном фронте... Я думаю, что военные круги намерены в первую очередь покончить с Советским Союзом, а потом уже, не торопясь, исподволь, начать операции в южном направлении.
— Гм... ты думаешь?..
— Безусловно. С июня этого года на севере Маньчжурии сосредоточено большое количество войск. Почти половина всех мобилизованных в последнее время сразу Же направляется в Северную Маньчжурию. И потом вот еще что. В конце августа приехал один мой-приятель из Кореи, он рассказывал мне, что через аэродром в Сеуле ежедневно проходит на север не меньше тридцати самолетов. На восточном побережье Кореи, в Расине и в Синцине, сооружены самые современные аэродромы. По его словам, военные руководители утверждают, что для полного уничтожения военных укреплений Владивостока им понадобится менее полусуток. А вот и еще один факт. Воинская часть, сформированная недавно в Кагосима, па моей родине, вся получила зимнее обмундирование. Симптоматично, не правда ли?
— Да, конечно...—Директор утвердительно кивнул, не придавая, впрочем, большого значения словам главного редактора.
— Ну, я пойду. Думаю, серьезных неприятностей не предвидится.— Кумао Окабэ поспешно вышел из кабинета. -
