Итак, надвигается новая страшная война. Словам старого друга можно было верить. Директор Асидзава подумал, что его собственное положение еще более осложнится. Сегодня с утра его не покидает скверное предчувствие. Как долго сумеет он оставаться во главе этого журнала? Вот и сейчас главного редактора Окабэ вызвали в информационное бюро военного министерства...
В комнату вошел бой и доложил, что директора Асидзава просят к телефону. Звонят из дома. Асидзава положил салфетку на стол и вышел.
Когда спустя несколько минут он вернулся, чуть заметная странная улыбка скривила его по-стариковски отвислые щеки. В этой улыбке сквозило смущение и даже какая-то насмешка над самим собой. С помощью того духовного контакта, который устанавливается только между старыми друзьями, Киёхара угадал значение этой улыбки—дома что-то случилось.
Когда Юхэй снова взялся за вилку, Киёхара вытер губы и взглянул на пего поверх стоявшей на столе вазы с красными цветами.
— Что-нибудь случилось? — спросил он.
— Ай...— директор на секунду запнулся.— Знаешь, что мне только что пришло в голову? Счастливый ты человек, что не имеешь детей!
— О чем это ты?
— Твой племянник только что получил призывную повестку.
— В самом деле?! Вот это скверно! — воскликнул дядя.— Ведь Тайскэ совершенно не годится для военной службы! Бедняга! Такому юноше, дружище, адвокатура куда больше подходит. Самое подходящее для него дело— стать адвокатом... Или он мог бы пойти по твоим стопам, заняться издательским делом, одно из двух. А сделать из Тайскэ солдата — какой в этом толк? Правда, сейчас уже бесполезно об этом говорить...
-— Ты совершенно прав,— ответил отец, по-прежнему сохраняя хладнокровный тон.— Война вообще всегда понапрасну губит людей.
Тайскэ — его старший сын. Он женат, у него молодая жена — всего год, как они поженились. Тайскэ славный юноша, прямой, открытой души, с отличными способностями. Еще студентом Токийского университета он принимал участие в революционном движении и даже был арестован. Он потому и включился в движение, что был такой честный, замечательный мальчик. Отец бегал, хлопотал, пустил в ход все свои связи и добился, что сына освободили — его приговорили условно. С той поры Тайскэ порвал всякие связи с движением и закончил юридический факультет в одном из частных университетов. Тайскэ успешно выдержал выпускные экзамены, но официальные органы не спешили использовать его знания —- на государственную службу его не брали. Мимолетное участие в левом движении в студенческие годы останется, по-видимому, до конца жизни неизгладимым пятном в его биографии и будет всегда оказывать влияние на его судьбу.
В феврале этого года Тайскэ поступил на службу в юридическую контору старого адвоката Яманэ чтобы подготовиться к самостоятельной адвокатской практике. Весной будущего года он уже рассчитывал открыть свою собственную контору. И вот теперь отправить на фронт мальчика, прошедшего через такую тяжелую юность, послать его на бойню как раз тогда, когда он делает свои первые шаги в жизни! Эта мысль нестерпимой болью терзала отца. Не закончив обеда, Юхэй Асидзава отложил вилку. Еда не шла ему в горло.
Позавчера во дворце состоялось совещание в присутствии императора. По мнению Сэцуо Киёхара, военные круги настроены против кабинета Коноэ, и в недалеком будущем предстоит смена правительства. Ни парламент, ни правительство, ни даже сам император не властны приостановить надвигающуюся войну. Новый противник располагает огромным воздушным и военно-морским флотом. Водоворотом крови и пламени — вот чем будет эта новая война.
Для Асидзава невыносимо мучительной была мысль о том, что любимый сын должен попасть в этот кровавый водоворот. Усилием воли сохраняя спокойное выражение лица, следя за каждым своим движением, отец снова взялся за вилку и продолжал есть.
Недоброе предчувствие черным, мутным Потоком Затопило его грудь.
— Алло, алло, это ты? Алло, алло, это ты, Тайскэ?
По голосу было слышно, что жена задыхается. Не выпуская трубки, Тайскэ удивленно сдвинул брови. Ещё ни разу не случалось, чтобы ему звонили из дома так рано утром.
— Это я, я, Иоко... Ты меня слышишь?
— Ну да, конечно. Что случилось?
— Понимаешь...— голос па секунду прервался. Ему почему-то стало страшно от этой коротенькой паузы.
— Тебе... тебе принесли повестку.
— Что такое?.. Что принесли? — переспросил он. Он не мог не переспросить, хотя все понял в то же мгновенье.
— Повестку. В армию. Призывную повестку.— Иоко громко кричала в трубку.
— А, вот что. Понял.
— Что же ты думаешь теперь делать?
— Делать?.. Да ничего. Тайскэ уже овладел собой.
