«Пора!», дала я себе команду и начала действовать: кинулась влево, набрала полные жмени земли, бросила их в глаза ближайшему преследователю, потом повторила манёвр с другими, ринулась вправо, схватила толстую палку, крутанула её в руке, пока мужчины пытались проморгаться, стукнула их всех по разу, кого в живот, кого по ногам, а мелкого по голове, как и в прошлый раз. Только до его головы я и дотягивалась. Коротыш опять упал, Кудряш взревел, воин рыкнул. Поняв, что по второму разу ударить их не смогу, противники уже были начеку, бросила палку и помчалась к намеченному дереву. Подпрыгнув с разбега, ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась и поднялась ещё на несколько ярусов вверх. Затем удобно разместилась на одной из веток, чтобы в случае чего, была возможность покинуть временное убежище. Кудряш подбежал к дереву и начал прыгать, чтобы схватить меня за ногу, а я, в свою очередь, отломила веточку с листиками и немного нагнувшись стала хлестать его по наглой морде.
Коротыш уже успел прийти в себя и сел на траву. Разочаровавший меня мужик деловито ходил вокруг дерева, пытаясь что-то сообразить. Кудрявый отчаянно махал руками и злобно ревел, пытаясь отобрать мою проказливую «плётку». Некоторое время спустя, его затея увенчалась успехом. Мне едва удалось вовремя выпустить ветку из рук, чтобы он не стащил меня с дерева вместе с ней. Поскольку я отпустила своё «оружие» не сразу, а чуточку попридержав его, то неприятель слегка потерял равновесие и качнулся. Воспользовавшись секундным замешательством лиходея, я прыгнула на него сверху, оказавшись на его шее. Кудряш закачался сильнее, но устоял, а я, сидя на широких мужских плечах, стала драть его чёрные кудрявые локоны.
Воин-оборотень схватил меня за бёдра и стал тянуть на себя, пытаясь отодрать мою персону от приятеля, но получалось только хуже. Точнее Кудряшу становилось плоше, поскольку я сидела на нём основательно и держалась за волосы крепко, а теперь он ещё и задыхался, из-за того, что мне приходилось сильнее сжимать ноги, чтобы меня не стянули с моей добычи. Сейчас верзила был моим главным врагом, поэтому отрываться на нём по полной, мне доставляло безграничное удовольствие. Кудряш ревел в бессильной ярости, хрипел и ещё активнее, чем возле дерева, махал лапищами.
Вдруг со стороны раздался сиплый голос Коротыша:
— Отойди!
Воин отпустил меня и отошёл в сторону, осёдланный мной Кудряш замер, стоя спиной к товарищу. Такое поведение и фраза насторожила меня, но среагировать или подготовиться я не успела, позорно пропуская удар неприятеля. Коренастый коротышка добросовестно стукнул меня по голове, чем-то тяжёлым, возможно, той же палкой, которой получил до этого сам. Отомстил, гад! Боль, темнота, падение.
На земле лежать твёрдо. Голова звенит, как пустой котелок. Кто-то сильно пнул меня ногой в живот, я непроизвольно согнулась пополам. Следующий дюжий удар пришёлся в лицо. Из разбитой губы и носа засочилась кровь. Унизительно и больно! Я прикрыла голову руками, сильнее подтянула ноги, защищая лицо и живот от дополнительных ударов. Боязно открыть глаза и не увидеть ничего, вдруг ослепла, поэтому держала их закрытыми, зато уши работали исправно. Меня ощутимо пнули ещё несколько раз, но уже не так больно, как в начале. Раздался голос Кудряша:
— Попался паскуда! — он презрительно сплюнул возле моей тушки. — Сейчас ты у меня узнаешь, чё по чём!
Пинок в спину. Кто-то вынул кинжал из ножен.
— Зарежь поганца! — хрипловатым голосом сказал Коротыш. — И пойдём отсюда!
Звук приближающихся шагов.
— Стой! — прозвучал новый голос, более мелодичный. — Насколько я помню, мы договаривались проучить мальчишку, а не убивать его.
— Ты чё? Мальца жалеешь? Пусть катится к своим родителям на тот свет. Одним сосунком больше, одним меньше, — грубо проговорил Коротыш.
— Я сказал, нет! Такого уговора не было, — твёрдо стоял на своём малознакомый воин.
— Если боишься замарать ручонки, вали отсюда. Мы сами с ним расправимся, — хмыкнув, произнёс Кудряш.
— Он без оружия. Зарезать его, как скотину, не позволю!
Меня обошли и, судя по звуку, приготовили меч к схватке. Несколько секунд слышались только звуки леса, участники дебоша молчали.
— Ладно, остынь! — сипло проворчал Коротыш. — Убери железку. Пусть живёт, пока. Но если ещё раз влезет, он — труп.
