Ещё на подходе к цитадели, до меня долетали звуки музыки, значит бал уже в разгаре. Приблизившись ко многоступенчатой лестнице, я уверено начала своё восхождение наверх. Очень скоро, очутилась возле массивных двустворчатых дверей, которые гостеприимно распахнули настежь. По краям стояли лакеи, в виде двух симпатичных молодых вампирчиков. Их длинные волосы были собраны в хвосты, лица серьёзные и гордые. На них красовались белые с глухим воротом рубашки, расшитые золотыми нитями красные камзолы, чёрные строгие брюки, а на руках белые перчатки — всё в лучшем виде. Эти бравые ребята определённо относились к вампирам: слегка выступающие клыки, бледная кожа, тела жилистые, подтянутые. Скорее всего, они принадлежат к новому поколению, недавно обращённых кровопийцев, так как старые вряд ли снизошли бы до работы обслуживающим персоналом.
Стоило мне преодолеть последнюю ступеньку, как оба лакея синхронно повернули ко мне головы. Один из них, тот, что стоял справа, втянул воздух в себя, очевидно, определяя по запаху, чужак я или нет. Забавный фейсконтроль! Несколько секунд спустя, мужчина расслабился и кивнул напарнику, сообщая ему, что всё в порядке.
— Добрый вечер, мальчики! Как дела? — пропела я ласковым голосом и подарила обоим игривый взгляд.
«Мальчики» разомлели, но быстро вспомнили, что они на посту и снова стали серьёзными.
— Все хорошо! — сухо ответил Нюхач.
— Приятно слышать, что всё хорошо. Сегодня чудная ночь, пойду развлекусь!
Нескромно посмотрев на вампиров, плавно качая бёдрами, вошла в серый замок, манящий меня внутренним светом, словно огонь мотылька.
Зал, в котором проходило торжество имел по истине впечатляющие габариты и ничем не уступал главному дворцу в Королевстве магов, разве что казался не таким роскошным, на мой человеческий взгляд. Правда, для нежити в самый раз: серые стены, серые колонны, немного пахло сыростью, ну, и от гостей тоже пахло не ромашками. Хотя, они явно пытались оставить о себе приятные впечатления, по старой жизненной памяти, и многие обмазались духами. Пахнуть лучше не стали, но главное создать видимость, это повышало самооценку мертвяков, особенно женского пола. Так что ароматы витали в воздухе «упоительные». Положение спасала вентиляция, за счёт высоченного потолка, открытых дверей и окон.
Растительности не наблюдалось никакой, зато красивых, богатых гобеленов, ковров, магических люстр, мебели здесь имелось предостаточно. Освещение на высшем уровне, вероятно, для удобства гостей зажгли тысячи волшебных светильников, как у короля Элоры на празднике жизни. Нынешний же — праздник не жизни. А вот, с отоплением в вампирском замке — беда, холод собачий, но, по крайней мере, не дул пронизывающий ветер — уже хорошо.
Посреди зала ближе к дальней стене располагался большой, позолоченный, обитый красным бархатом трон, но, вот, его владельца разглядеть мне никак не удавалось из-за своры прекрасных молодых вампирш, кружащихся там, будто мухи над вареньем.
Нара сказала, что главному вампиру около трёх тысяч лет и моё воображение нарисовала дряхлого старикашку, который питается через соломку. Меня, конечно, могла бы насторожить движуха среди дам, облепивших престол, но имелось предположение, что пожилым просто нравится смотреть на красоту и юность дев, вспоминать, какими они были, то есть, испытывать исключительно эстетические чувства. Но когда барышни немного расступились, образовав приличный просвет, я, наконец, заметила того, кто сидел на троне.
Интересно, сколько мне ещё раз нужно наступить на старые грабли, чтобы усвоить урок? Естественно, случился новый просчёт, так же, как и с Клайном, заставивший меня на время остолбенеть. «Нет, в этом мире явно все сговорились! Мало того, что обычный люд, практически всегда, вызывает во мне чувство неполноценности, а короли, так вообще, что Клайн, что, этот, Берлиан — прекрасны до безумия, отчего хочется удавиться на месте».
Предполагаемый старикашка номер два, после Клайна, оказался молодым, стройным, жилистым вампиром с длинными иссиня-черными волосами, цвета слоновой кости кожей, раскосыми красными глазами с кошачьим эффектом, ровными белоснежными зубами со слегка выпирающими клыками, идеальным носом и чувственными губами. Не мужчина, а фарфоровая кукла. Сидел тёмный правитель, вальяжно развалившись в троне, широко расставив ноги, словно престол, это не символ власти, а обычное кресло и сейчас он сидит дома, после трудового дня и смотрит телевизор. Кожаные штаны обрисовывали контуры его сильных ног, расстёгнутая до середины туловища рубашка, открывала интересные фрагменты мужской груди. Вампир был далёк от образа волосатого качка, но на что посмотреть, имелось.
