В настоящий момент, имелась необходимость открыть лицо, свести женские черты к минимуму, поэтому первым делом я убрала чёлку, зачесав её назад. Правда, пришлось воспользоваться сладкой водой, поскольку лака для волос здесь не нашлось. Мне хотелось, чтобы чёлка ничем не закалывалась, но и не опадала при движении. Таким образом, мои волосы частично оставались сладкими, зато эффект оправдывал ожидания. Оставшуюся часть своей шевелюры, собрала в низкий хвост. Серьги и прочие украшения пришлось снять. С помощью водостойкой туши из моего мира, подрисовала пушок возле губ и теперь чудилось, будто у меня пробивается первая щетина.
Самым сложным из всего маскарада оказалось убрать грудь. После похудения она частично «сдулась», но не кардинально, многое всё же осталось. И вот, с этими остатками пришлось повозиться. В памяти всплыл один чешский сериал «Пещера золотой розы», который смотрела в детстве. Там, главная героиня тоже выдавала себя за парня. В одной из серий, она обмотала корпус тканью и лишь затем надела доспехи.
Решив воспользоваться подобным способом, я начала утягиваться, только мне пришлось подложить ещё плоскую подушечку, собственного производства, чтобы скрыть переход от груди на талию, потому что вместо доспехов мне предстояло носить принятую на Элоре мужскую одежду.
Учитывая тот факт, что в южной части Элоры стояло лето, причём в самом разгаре, то сказать, что мне было жарко — ничего не сказать. Солнце палило так, словно пыталось побить все видимые и невидимые рекорды по поджарке путников на гриле со всех сторон. Мои руки сгорели в первый же день по локти, как раз до того места, покуда были закатаны рукава. Так же под удар попала шея и часть лица. Пот постоянно тёк по мне ручьями. Если лоб я могла вытереть платком, то спина, большую часть времени, оставалась мокрой. Ощущения не из приятных, но приходилось терпеть сие безобразие ради дела.
Важной деталью перевоплощения являлось походить на мужчину не только внешне, но внутренне, то есть манерами. Прокрутив в голове образы ребят, с которыми прожила достаточное количество времени, чтобы запомнить их повадки и кое-чего взять на заметку, я осмелилась воспроизвести их, устроив себе несколько репетиций в проулке.
У Элджи украла размашистую, небрежную походку и манеру сидеть с широко расставленными ногами. Что самое интересное, эта его привычка в своё время дико нервировала меня. Я регулярно просила его сесть поскромнее. Иногда, он слушался, а иногда, наоборот, расставлял ноги ещё шире, за что получал от меня «по шапке». Сейчас, такая замашка подходила моему придуманному образу, и я нагло слизала её у оригинала. У Адрина забрала особенности при поглощении пищи: он всегда низко наклонялся к тарелке, словно прикрывая еду от грабежа, и неправильно держал ложку, захватывая её кулаком, как маленький ребёнок. А ещё он никогда не держал кружку за ручку, только за корпус, даже если она была горячей. Нардан облокачивался спиной или левым плечом обо всё вертикальное и скрещивал руки на груди. Дила́рий тоже не остался в стороне, у него я позаимствовала другое движение, более мужественное. Если оборотень о чём-то задумывался, он поддерживал левой рукой локоть правой и гладил подбородок или бороду. Мне чертовски нравился его взгляд из-подо лба. Каждый раз, когда он так смотрел, мурашки нет, нет, да пробегали по спине. Но эту фишку я оставила для запугивания врагов.
Данные движения считались основными, над которыми мне следовало поработать, чтобы привыкнуть к ним, другие же, более мелкие, находились в резерве и должны были использоваться ситуативно и единично. Говорить я тоже старалась небрежно, временами грубо, используя в основном грудной голос, но опираясь на свой собственный, чтобы это не выглядело наигранно.
Понятное дело, стать совершенно другой без магии мне не удалось. Если случайно встретится кто-то из знакомых, то скорее всего, он меня узнает. Для чужаков, я была новой, поэтому они искренне видели во мне парня. Легенду про безродного юношу, который ищет свой путь в жизни, а сейчас направляется к дяде Роди, хорошему престарелому магу в Лавирэ, так как совсем недавно парень остался круглым сиротой, пришлось выдумывать на ходу, но пока она работала.
Преображение происходило в тихом, всеми забытом закутке, с которым меня связывали не очень приятные воспоминания, но, на данный момент, он лучше всего подходил для тайных дел. Как только я оказалась там, занялась магической чисткой украденных вещей. По оставшимся на предметах следам ауры предыдущего владельца, меня могут выследить, поэтому, воспользовавшись силой камней, я стёрла их. Теперь украшения выглядели и ощущались так, словно их только что создал ювелир и они страстно желают попасть в чьи-нибудь холёные ручки. Возможно, если Льюил их увидит, то узнает свои побрякушки, но доказать этого не сможет.
