Трудно быть принцем полностью

Зона А — верхняя речевая кора. Впереди от средней части прецентральной извилины расположена зона, управляющая элементарными графическими действиями. Очевидно, что способность к рисованию возникла на самых ранних этапах становления второй сигнальной системы, ещё до того, как язык в нашем сегодняшнем понимании успел сформироваться. Но что совершенно точно — рисовать троглодитиды не могли.

Далее, в месте схождения теменной и лобной долей лежит специфическая только для человека зона, осуществляющая подчинение его действий словесной задаче, которую он получает от другого человека или ставит себе сам, тормозящая активность всех других зон коры. Попутно заметим, что асимметрия полушарий головного мозга возможна и у животных, но только как временное явление, и лишь у человека она постоянна. Управление речевой и речемыслительной деятельностью сосредоточена у правшей в левом полушарии, что одновременно означает подавление неречевых реакций в правом полушарии, как, впрочем, и некоторых в левом. Большая ловкость доминирующей руки у правшей является не проявлением её повышенных способностей, но подавлением подобных способностей левой руки. Древнейшие речевые центры возникают в моторной, а не в сенсорной области мозга, что соответствует тезису Поршнева о том, что вторая сигнальная система первоначально (да и сейчас в большой степени) выступала как средство принуждения между людьми.

Троглодитиды не обладали речью, поскольку не могли артикулировать, произносить членораздельные звуки, но не из-за особенностей строения гортани. Поражение расположенной в височной доле зоны Вернике вызывает «фонологическую» глухоту, невозможность различать смыслоразличительные элементы речи, хотя человек сохраняет возможность слышать и различать звуки. Звуки, но не фонемы. Человек же с непоражённой зоной Вернике способен понять речь маленького ребёнка и взрослого почитателя Бахуса что, согласитесь, непросто. Поражение зоны Брока приводит либо к эфферентной моторной афазии — невозможности слияния фонем в слог или слово, либо к афферентной афазии — к смешению, неразличению фонем, особенно близких по артикуляции. «Выходит, что „сенсорная афазия“ и „моторная афазия“ представляют собою два свидетельства одного и того же факта появления в мозге Homo sapiens на определённом этапе его формирования принципиально нового уровня реагирования. Важно, что оба они и в анатомо-физиологическом смысле тесно соединены. Нижние отделы лобной и теменной долей (очаги моторных афазий) близко примыкают к переднему отделу височной доли (очагу сенсорной афазии). Только будучи по существу единым аппаратом, они могут осуществлять эхолалическую (речеподражательную) операцию, лежащую глубоко в основе всей нашей речевой, а тем самым и речемыслительной деятельности: непроизвольное повторение слышимого, причём не на акустико-фонетическом (не как у попугаев или скворцов), а именно на фонологическом уровне.» (Б. Ф. Поршнев, 2007, с.436).

Этот основной речевой механизм работает у человека очень быстро, по кратчайшим нейронным путям и, следовательно, является одним из первичных в эволюции речи. Вероятно, зона Брока возникла раньше, поскольку её поражение ведёт к нарушению глагольной стороны экспрессивной речи, тогда как поражение зоны Вернике отражается на существительных и частично прилагательных, а глаголы, как мы уже знаем, возникают раньше.

Очень близко к рассмотренным зонам расположены центры, управляющие парафазиями — деформациями воспроизведения звуков и слов их перестановками, подменами по противоположности звуков или по ассоциации слов. Таким образом появились и первая бинарная оппозиция звуков, и последующее многообразие слов. Причём каждое новое слово было и отличным и отличимым от другого, и они не могли уже слиться обратно. Парафазии являлись важными для развития речи, поскольку блокировали эхолалию. Каждое новое слово было антиэхолалией.