Por sentado no doy nada de lo que soy
ni el latido más mínimo, ahora no.
It's the air that I breathe, it's my fall at your feet,
it is my song I sing when you are gone.
En esta primavera anticipada que aumenta así
lo bueno dentro de mí.
Lo sé eres mi horizonte mi amanecer.
la prueba que demuestra lo que puedes hacer. Porque…
All my hopes and my fears in this moment are clear.
you are the one, my moon, my stars, my sun.
Es esta primavera anticipada me gusta así,
sí, me hace volver a vivir
Lo sé eres mi horizonte mi amanecer
la prueba que demuestra lo que puedes hacer.
Flores, mosaico de colores,
errores, cicatrizan hoy mejor en mí.
Sin duda serás tú el artífice
en esta primavera que ya, llegó, llegó
ahora la siento a mí alrededor[31]
Laura Pausini ft James Blunt — Primavera Anticipada
- ¡Mierda! / Дерьмо! — первая.
Домываю чашки и, улыбаясь, качаю головой. Три секунды тишины.
— Joder… ¡Maldito sea! / Еб*ть… Будь оно проклято! — вторая.
Ты одеваешь линзы. Как всегда одинаково. И хоть стараешься по возможности разговаривать на русском, ругаешься исключительно на испанском. Жить с тобой два дня в месяц и жить с тобой каждый день, как оказалось, две огромные разницы. Но к счастью, наши эмоциональные вспышки никогда не совпадают и только поэтому мы, наверное, умудряемся учиться взаимодействовать и не убить друг друга. Слышу, как ты выходишь из ванной и идешь одеваться. Сегодня восьмое марта и еще одно знаменательное событие. Твое знакомство с моей семьей. И, похоже, ты переживаешь больше, чем они. Хотя и тебя, и их я морально готовил все эти два месяца. Вы уже почти все друг про друга знаете, осталось только показать вас друг другу.
— Papá… - кто-то несильно дергает меня за джинсы. Оборачиваюсь. Рука и лицо перепачканы шоколадом и Мария Изабелла в новом темно-зеленом платье и с заколотой челкой смоляных волос, убранных со лба, машет грязной ладошкой.
— Малышка… — вздыхаю, выключаю воду и беру ее на руки. Через две недели Марисоль исполнится год. Уже хорошо сама ходит и даже сложно поверить, что появилась на свет с таким трудом. Две недели назад я взял отпуск и заставил тебя привезти ее. Я знаю, почему ты упорно этому сопротивлялся. Не был уверен, как я к ней отнесусь и боялся, что это что-то изменит в моем отношении к тебе. Но мне достаточно было один раз на нее посмотреть, и я пропал в ее нефритовых глазах. Она копия ты. Часть тебя. И теперь такая же моя, как и ты. Я знаю, что у нас нет возможности самим с ней сидеть и заниматься, но я усиленно пытаюсь придумать что-нибудь гениальное, чтобы тебе не приходилось увозить ее отсюда обратно в Испанию к няням и своим родителям, которые, к слову, так до сих пор ничего о тебе и не знают. Ее место рядом с тобой. Как и мое.
Иду в ванную и открываю теплую воду, умывая маленькое испачканное личико.
— Винс, ты опять давал ей шоколадное яйцо? — выкрикиваю из ванной. Уже не первое за сегодня и абсолютно лишнее, учитывая ее возраст.
— Нет. У нее на шоколад радар. Как у тебя, — из комнаты. Засранец. Знаю, что сам дал.
— Какой у тебя бестолковый отец, Марисоль, — закрываю кран и вытираю полотенцем ручку и лицо.
— И ей просто повезло, что теперь у нее есть еще один. Такой, как ты, — поднимаю глаза, натыкаясь на тебя в дверном проеме ванной. Высокий и худощавый. Темно-русые волосы слегка взъерошены и несколько прядей упало на чуть наморщенный лоб. Светлые глаза и рассеянная улыбка. На тебе темно-серые джинсы и светлая бежевая рубашка на кнопках. Ты — бог. Мой. Отвлекаясь, язвительно передразниваю твое умиленное выражение лица, и ты смеешься.
— Ты опять не закрыл зубную пасту, — киваю в сторону раковины. Бросаешь взгляд на открытый тюбик и, качая головой, идешь закручивать колпачок.