Нина Родникова торопливо шла домой. День сегодня выдался беспокойный, хлопотливый, она устала, а сейчас еще донимал холод. Хотелось поскорей оказаться в теплой, натопленной комнате, выпить горячего-горячего чая, а потом, устроившись около горячей печки, взяться за книжку. Сегодня Нина купила в райкомовском киоске томик Леонида Андреева, и ей не терпелось полистать его, перечитать любимые рассказы.
Она уже хотела подняться на крыльцо, как ее окликнул Удачин. Нина остановилась.
Виктор Викторович, видимо, спешил — дышал учащенно, говорил чуть сбивчиво.
— И бежите же вы… Что так торопитесь?
— Холодно! — И Нина выдохнула клубистую сизоватую струю. — Видите? Совсем промерзла, пойду пить чай.
— А меня угостить не собираетесь?
— Отчего же, — несколько замявшись, ответила Нина. — Зайдите.
— Спасибо, Нина. Так тяжко на душе. Хоть вы поймите.
— Случилось что-нибудь? Ну идемте, дома расскажете.
…Отношения между Удачиным и Ниной Родниковой давно уже были предметом глухих разговоров в Приозерске.
Началось это еще в первые дни после приезда Нины в район. Как-то в хмурый осенний день Удачин возвращался из Ветлужска. На шоссе, километрах в тридцати от Приозерска, стоял автобус — с ним, видимо, что-то случилось, и пассажиры толпились около, терпеливо дожидаясь, пока шафер починит поломку. Когда «эмка» Удачина, обходя автобус, чуть уменьшила ход, к ней устремилось несколько человек. Виктор Викторович сразу заметил Родникову. Она стояла поодаль, на бровке шоссе, не обращая внимания на машину и кутерьму около нее.
Костя Бубенцов тоже заметил девушку. Он обменялся взглядом с Удачиным, сразу понял его и объявил нетерпеливым пассажирам:
— Граждане, мы подвезем вот эту гражданочку, она с вещами. Так что уж извините нас. — Он выскочил из машины и предложил:
— Пожалуйста, гражданочка, — и подхватил чемодан, не особенно дожидаясь согласия Нины. Потом подошел к какой-то старушке, сидевшей на своих узлах, помог и ей забраться в автомобиль.
Когда машина тронулась, Удачин повернулся к спутницам и шутливо-строго спросил:
— Ну, пассажирки, рассказывайте, кто такие и куда путь держите?
Виктору Викторовичу было под сорок, но цветущее здоровье, подвижная натура, вечные хлопотливые поездки по району сохранили ему моложавый облик.
Нина Родникова ему понравилась сразу. Молодое, чуть подрумяненное смущением лицо, серые мягкие глаза, пышные каштановые волосы. Виктор Викторович оживленно переговаривался с нею, расспрашивая об учебе, о товарищах, о ее планах. Усиленно хвалил район. Он так оживился, что даже старушка, что до сих пор тихо сидела в уголке, и та увлеклась разговором и стала вторить восторженной хвале родным местам. Шофер тоже нет-нет да и вставлял свое слово.
Нина ехала и думала, что ей удивительно везет последнее время. В самом деле, по окончании Тимирязевской академии послали, куда хотелось — в родное Приозерье. Ребята устроили замечательные проводы. Наконец, эта встреча.
Подъехали к Приозерску. Удачин спросил Нину:
— Где вы решили остановиться?
Нина замялась.
— Не знаю, право. Заеду в райзо. А потом до своей Березовки буду добираться.
— Ну, в райзо сейчас никого нет. И в Березовку тоже поздно. Давай, Костя, к Северьяновне. Это наш Дом приезжих, — объяснил он Родниковой.
Щеголеватую «эмку» Удачина знали все, и потому, как только машина подъехала к Дому приезжих, у подъезда их встретила подвижная черноглазая женщина, радушно приглашая зайти обогреться.
— Нет, Северьяновна, спасибо, мы-то к вам по пути. А вот товарища Родникову примите как следует. — И Виктор Викторович подал руку Нине.
Утром в райзо Нине предложили остаться в аппарате. Она отказалась и выпросила назначение в левобережный куст, там был нужен агроном, да и к Березовке было поближе.
Впоследствии Удачин несколько раз приезжал в колхозы куста, всегда находил какие-то вопросы к Нине, подолгу говорил с ней, старался побыть на ее участках.
Втайне от Нины он добился ее перевода в аппарат райзо. Как ни упиралась, как ни просила она оставить ее поближе к живому делу, — ничто не помогло. Пришлось перебираться в Приозерск.
Вскоре после перевода Нины в город Удачин позвонил ей и пригласил в райком. Разговор вышел непринужденный, простой, Виктора Викторовича интересовали данные по пропашным культурам, и Нина подобрала все, что было можно. Потом пошли вместе с другими работниками райкома в клуб — на какой-то вечер. Сам он быстро ушел с него, Нина же, любившая танцевать, осталась. А когда возвращалась домой, Удачин, видимо, случайно встретил ее вновь, и они долго ходили по заснеженным улицам городка.
Виктор Викторович, прощаясь, задержал руку Нины и, вглядываясь в лицо, спросил:
— Заходите, Нина Семеновна, заходите. И мне разрешите иногда звякнуть. Хорошо?
Нине показалось, что говорит он как-то многозначительно.
