— Но ведь это будет уже не полмиллиона,— заметила она, наблюдая за ним.— Кое-что придется отдать Хейтеру, может быть, даже половину.
Джиллис засмеялся. Он заметил ловушку и с обычной ловкостью обошел ее.
— Хорошо, пусть четверть миллиона,— улыбаясь, согласился он.— Даже двести пятьдесят тысяч не следует упускать.
Но Ева не сдалась.
— Так ты не собираешься платить ему, Адам?
— Хейтеру? Нет, почему же. Ему придется заплатить, иначе он ничего нам не скажет. Конечно, не половину, но довольно много.
— А Кайл? Ему тоже придется кое-что дать?
— Да, придется дать, чтобы он заткнулся. Какая ты любопытная.
— Но если он имеет дело непосредственно с раджой, то что помешает ему забрать все деньги и скрыться? — настаивала Ева.
Она чувствовала, что Адам распланировал все до мелочей, и ей хотелось знать, что он замышляет.
— Что ему помешает? — повторил Джиллис, и зрачки его сузились.— Я помешаю. Именно об этом я и хотел поговорить с тобой, Ева. Ты должна выведать все о его прошлом, чтобы мы могли держать его в руках.
Еву передернуло.
— Мы затеваем ужасную игру, Адам,— сказала она, нервно сжав руки.— Меня это беспокоит. Кайл тоже намерен получить все деньги. И есть еще Бэрд. Допустим, он выяснит, зачем нам нужен Хейтер. Ты воображаешь, что такой человек, как Бэрд, позволит тебе забрать все деньги, тогда как он выполнит самую опасную работу?
Джиллис рассмеялся.
— Ты все время говоришь о трудностях, не так ли? — весело сказал он. Дело в том, что ты слишком много волнуешься. Как только Бэрд возьмется за дело, можешь быть спокойна, я вступаю в игру.
— Ты не ответил на мой вопрос. Как ты собираешься расплатиться с Кайлом? Что ты будешь делать, если Бэрд узнает, что речь идет о полумиллионе?
Джиллис закурил, сигарету и выбросил спичку в окно.
— Я буду ждать до поры до времени. Но ведь тебе нетрудно быть настороже, пока Кайл еще в деле. У него должны быть секреты, которые он не хочет разглашать. Займись этим, крошка. Если мы что-нибудь узнаем, то сможем приструнить его, когда он будет слишком настаивать.
— Я не собираюсь этим заниматься,— резко возразила Ева.— Это шантаж.
— Почему ты на все клеишь ярлыки? Пусть шантаж, ну и что из этого? Или ты хочешь оставаться игрушкой Кайла до тех пор, пока не состаришься и он не вышвырнет тебя?
Ева встала.
— Пожалуйста, выслушай меня, Адам,— спокойно сказала она.— Возможно, ты справишься с Кайлом, но я уверена, что с Бэрдом тебе не справиться. Кайл — это ерунда. Он старый, больной, его время прошло. Но ведь Бэрд не такой. Он опасен и не дурак. Если он выяснит...
— Знаю, знаю,— перебил ее Джиллис, одарив очаровательной улыбкой, хотя в его взгляде сквозило раздражение.— Наконец-то ты высказалась. Возможно; ты удивишься, узнав, что я не волнуюсь из-за Бэрда. Надеюсь, что у меня хватит ума справиться с человеком такого калибра. Я знаю, что он убийца и хороший боксер, но это все. Он может избить какого-нибудь сопляка, но и только. Бэрд меня не беспокоит.
Ева взяла его за руку.
— Дорогой, прошу тебя, не слишком увлекайся — это никуда не годится. Да, я уверена, что Бэрд вытащит Хейтера из тюрьмы, он может сделать что угодно. Но когда Хейтер. будет на свободе, неприятности только начнутся. Пожалуйста, откажись от этого дела, пока не поздно. Оно опаснее всех твоих прежних дел. Откажись, пока не поздно.
Джиллис похлопал ее по руке.
— Я, пожалуй, пойду спать, я смертельно устал. Иди домой, Ева, и, пожалуйста, послушай моего совета: думай о собственных делах, а мои оставь в покое.
Она беспомощно посмотрела на него.
— Хорошо, дорогой.
Ева знала, что через секунду он снова начнет ей угрожать.
—- Я пойду домой спать.
— Нет ли у тебя с собой десяти долларов? — спросил он, провожая ее к двери.— Мне необходимо отдать долг.
Ева открыла сумку и вынула две десятки.
— Возьми,— сказала она, не глядя на него.
— Только десять,— сказал он строго и взял одну бумажку.— Я не намерен вытягивать из тебя деньги.
Она открыла дверь и повернулась к нему.
— Адам, пожалуйста, подумай об этом. Разве ты не понимаешь, как опасно...
— Не повторяй одно и то же,— со злостью перебил он ее.— Ты начинаешь раздражать меня.
— Извини, но обязательно подумай об этом, пока не поздно. Не ругай меня, если случится что-нибудь ужасное. Я не могу все время предупреждать тебя.
— Высеки это на камне, крошка, а я поставлю его возле своей кровати. Спокойной ночи и приятных сновидений!
Он ласково подтолкнул Еву в коридор и закрыл дверь.
Джек Бернс сидел в машине. С его губы свешивалась сигарета, а на круглом лице застыло выражение глубочайшей скуки. То и дело он высовывал руку в окно и смотрел на часы при свете уличного фонаря. Время близилось к четверти второго, а Энсворт не показывал носа.
Он зевнул и повторил все известные ему ругательства, адресуя их Энсворту. Эта небольшая пробежка по словарю заняла некоторое время, и на душе у него стало полегче.
«Как только эта свинья Бэрд ляжет спать,— подумал он,— можно будет отправиться домой, но, пока в верхнем этаже горит свет, рисковать Не стоит».
