— Конечно нет. Ему это даже не приходило в голову. Он совершенно уверен, что мы будем тратить деньги вместе.
— Ну что ж. Его ждет неприятный сюрприз.
Джиллис взглянул на часы.
— Тебе лучше вернуться. Он ни в коем случае не должен знать, что я связан с тобой. Я забегу к тебе завтра ночью, в половине первого или немного, позже. Задерни занавески, если он будет дома.
— Его не будет, он уходит на обед. Не мог бы ты прийти раньше, Адам? Я буду одна с восьми вечера.
Он внезапно стал нерешителен.
— Не знаю, смогу ли. Попытаюсь. Может быть, освобожусь около девяти. Да, думаю, в девять получится.
Снова она поняла, что он лжет, но не подала виду. Было бы глупо и опасно показать ему, что она видит его насквозь. Пока он беспечно врет, она может отличить правду от лжи, но если он будет обманывать более умело, то узнать это станет трудно. Она убедила себя, что как-нибудь он солжет ей в чем-нибудь очень важном для них обоих, и сохранила для себя возможность распознать эту ложь.
— Хорошо, дорогой,—- с деланной веселостью сказала она.— Если ты не придешь в девять, я жду. тебя в половине первого.
— Я приду в девять,— сказал он, решив, что половина первого не так уж поздно.
Ему не хотелось просидеть около нее весь вечер. Временами она доводила его до бешенства своей неизменной серьезностью':
Она открыла дверцу машины
— Да, Ева...
Держа дверцу открытой, она быстро взглянула на него. Она знала, что сейчас последует. Это был обычный финал всех их встреч.
— Сколько тебе нужно? — мягко спросила она.
— Черт побери! Ты говоришь так, словно я живу за твой счет,— возмутился он.— Но подожди... через месяц у меня будет достаточно денег, и я все верну тебе. У меня записано, сколько я тебе должен.
— Сколько тебе нужно, Адам? — повторила она вопрос.
— Я одолжил тут тридцать долларов у одного парня и обещал завтра вернуть. Ты пришла поздно, а мне нужно было рассчитаться.
Не надо подробностей, дорогой. Просто скажи сколько.
— Полсотни тебя не разорят? — уныло спросил он.
Джиллис любил объяснять, зачем ему нужны деньги.
Представляя фальшивый список долгов, он как бы оправдывался перед самим собой.
Она открыла сумочку и вынула все деньги, какие там были.
— У меня только сорок.
— Пока хватит. Мы ведь завтра увидимся. Не могла бы ты вытянуть у Кайла сумму посущественней? Терпеть не могу выпрашивать по мелочам. Три-четыре сотни, и до конца месяца я обеспечен. Кайл раскошелится, если ты будешь с ним поласковей.
— Теперь Ты собираешься объяснить мне, как быть ласковой?
— С тобой невозможно разговаривать. Ничего я не собираюсь. Ты можешь убедить его, что твои расходы...
—- Как ты не понимаешь, что у него нет денег? — перебила его Ева.— А ты все время толкуешь о каких-то тысячах.
— Такие люди, как Кайл, всегда могут достать деньги. Ему доверяют, поэтому, собственно, я и выбрал его. Добился же он успеха у радж'и! С такой внешностью и репутацией он запросто может достать деньги.
Она протянула ему четыре десятидолларовые бумажки.
— Попробуй обойтись этим. Сейчас я никак не могу просить у него еще. Даже не знаю, как сама проживу. У меня ничего не осталось.
Он коснулся золотого браслета на ее запястье.
— Его. можно заложить.— Идея, видимо, пришлась Адаму по вкусу, и он воодушевился.— У тебя много всякого барахла, за которое мы можем получить деньги. Я все это организую.
Он гордился знанием магазинчиков, где давали деньги под залог.
— Выкупим все эти штучки, когда сорвем куш. -
— Я подумаю об этом.— Нотки страдания слышались в ее голосе.— Разве ты забыл, что это браслет нашей матери? — Она коснулась браслета пальцами и погладила его.
— Она бы не возражала,— ответил Джиллис, нахмурившись:— Она сама заложила его, как сейчас помню, когда старик не давал мне денег на костюм.
— Спокойной ночи, Адам.
— Мне не нравится, когда ты выглядишь такой несчастной,— сердито сказал он, выходя из машины.— Увидимся завтра вечером. Просмотри свои вещи. Вот эта накидка, например... не всегда же она тебе нужна...
— Спокойной ночи, Адам,— повторила она и поцеловала его в щеку.— Постарайся прийти пораньше, я хочу поговорить с тобой.
— Около девяти,— машинально повторил он, но мысли его уже были далеко.
Он думал о том, что у него в кармане сорок долларов, а ночь лишь начинается. Можно не только привести к себе Луис, но и уговорить ее на этот комический танец. В прошлый раз она потребовала пятьдесят монет — какая ерунда! Станцует и за двадцать, если убедить ее, что больше все равно не получит. Да, пожалуй, он заедет к ней. Сейчас у него как раз настроение Для подобных развлечений.
Он оглянулся на Еву, идущую к клубу. Странная девушка. Иногда она его изумляла. Временами она обращалась к ним как с братом, временами как с любовником. Нахмурившись, он провел пальцем по коротким усам. Странно!
Когда Джиллис ушел со стоянки, Даллас вышел из укрытия и долго смотрел ему вслед.
Хармон Пурвис жил на Ист-бульвар. Садик перед его домом был буквально забит розами.
В одной из нижних комнат еще горел свет, и через открытое окно доносились Переливчатые трели этюда Шопена.
