Мы вошли в нашу резиденцию и сразу же оказались в большом просторном холле. По левую и правую руку были дверные проемы. Хикматов повел нас в левое крыло. Войдя туда, мы вновь очутились в большом зале (это приемная), еще с тремя дверными проемами – по кабинету на человека. Я выбрал самый левый кабинет, там открывался чудесный вид на речку, Якуб выбрал средний – самый большой, ну а Торбов сразу же побежал в самый дальний кабинет в правом углу.
– Каждый будет обустраивать кабинет на свой вкус и на личные деньги. Единственное, что мы закупим централизованно – это компьютеры, столы и шкафы. Остальное – все по вашему желанию.
Потом Хикматов повел нас в правое крыло. Такой же большой зал (будущая гостиная) и два дверных проема. Один вел в просторную кухню-столовую (там же был вход в ванную комнату), а другой – в наши комнаты, где, к слову, уже стояли кровати с матрацами и комоды.
Мне ужасно все понравилось, и не терпелось уже поскорее начать обустраивать и обживать этот дом. Якуб сказал, что постепенно мебель будет довозиться: диваны, столы, кресла и все такое прочее.
– Марк, можешь разгружать багажник своей тачки и выбрать себе комнату. Кстати, метраж трех комнат абсолютно одинаковый, так что, в отличие от кабинетов, разницы в них нет никакой.
– Хорошо, Яш, – ответил Марк, а его голос эхом раздался по всему дому. – Эхо – верный признак того, что еще много работы, да? Скоро мы ее проделаем.
Пока Торбов переносил вещи, я рассказал Хикматову все, что узнал у Инессы.
– Ловко ты! Значит, тачки не было. Интересно, почему?
– Пока что не могу представить.
– Сейчас нужно накрыть стол, скоро будут гости. Надеюсь, еду привезут по графику. Я заказал нам из ресторана. А водка уже дома. Ты, кстати, будешь пить сегодня?
– Класть я хотел на эти чертовы таблетки и уколы! – резко крикнул я. – Я сегодня хочу выпить!
– Как скажешь. А завтра мы нанесем визит вдове Боброва. Думаю, там мы узнаем последние детали и сложим паззл.
– Ты так в этом уверен?
– Не могу сказать, что абсолютно точно, но есть у меня какое-то странное предчувствие. Да и интуиция подсказывает, что ключ к разгадке именно там, а я, как ты знаешь, доверяю своей интуиции.
– Это точно. Пойдем покурим?
– Конечно! – мы вышли на веранду. – И еще – по поводу интуиции. Я же тебе говорил, что интуиция всегда основывается на прошлом опыте? То есть представим, что ты, например, финансовый аналитик, – мы закурили и уселись на деревянные стулья с массивными спинками. – И вот ты уже долгое время анализируешь разные отчеты. Твоему анализу за многие годы подвергались отчеты разных компаний, из разных стран, с разными финансовыми показателями, с разными видами деятельности и так далее. И вот тебе в руки попадает некий отчет: ты его проверяешь, смотришь, и вроде бы все хорошо с ним, но что-то в нем не так. Интуиция подсказывает, что ты где-то допустил просчет. Твой мозг не заостряет внимание на каждой мелочи, а смотрит на общую картину в целом и посылает тебе сигнал, что что-то не так. Но откуда мозг это взял? Дело в том, что в прошлом у тебя был похожий случай и сейчас нужно проявить внимательность и проверить все еще раз. Мозг не знает деталей, он видит общую картину. Так и со мной: мозг чувствует, что вдова Боброва станет последней частью общей картины, но еще не знает, как именно. Моя цель разобраться в этом, дать мозгу информацию и спокойно дождаться, когда весь паззл сложится.
Хикматов замолчал, и докуривали мы в полной тишине. Сегодня был очень жаркий день, и вот, наконец, жара начинала спадать, задул легкий ветерок. Я захотел сходить в душ, чтобы освежиться и начать приготовления к вечеру.
Мы и не заметили, как совсем скоро еда была на столе, а наша великолепная пятерка бурно праздновала новоселье. Пять суровых мужиков и три бутылки водки по семьсот миллилитров каждая. Как по мне, так это идеальный отдых!
В ходе беседы также выяснилось, что Ямпольский пришел в карточный клуб пешком. Тогда как же он добрался до дома? Неужели, тоже пешком? На этот вопрос никто не знал ответа. Ну, или, по крайней мере, мастерски делал вид, что не знает.
Как это всегда бывает после бурных посиделок, наутро у меня раскалывалась голова. Я просто не знал, куда себя деть.
Мне приходилось вставать с четырех утра несколько раз из-за дикого сушняка. Меня всего трясло и тошнило – тяжкие последствия веселья по причине новоселья! Видимо, только я один чувствовал себя так паршиво. Я не слышал, чтобы Марк или Якуб просыпались. Видимо, мой организм был более восприимчивым к алкоголю.
И вот, уже в четвертый или пятый раз за утро я проснулся снова. Точно крадущийся зверь, на цыпочках я вошел в комнату Торбова. Всюду хаотично были разбросаны его вещи, которые он вчера разгружал из багажника своей тачки и, видимо, не удосужился сложить их аккуратно, по своим местам. Более того, Торбов даже не постелил себе постель, а уснул прямо на матраце. Я усмехнулся и вышел.
