Лена поняла, что запуталась.
— То есть ты лечишь прикосновением? К примеру, если у меня насморк, ты просто подходишь, дотрагиваешься, перенаправляешь энергетические потоки, и все, я здорова?
Дотти принялась объяснять, что насморк насморку рознь. Если у эм-рэйди от холода из носа потекло, поправить дело можно за пару минут. Если сопли — признак настоящей болезни, лечить надо саму болезнь. С простудой справиться проще, на грипп может уйти несколько дней. С хроническим насморком разной природы проходится бороться неделями, а то и месяцами. Аллергический вообще непобедим — остается только помогать больному в периоды обострений. Проще всего, как ни удивительно, исцелять резаные раны, особенно свежие.
— Один раз наш повар уронил себе на ногу топор…
— Подожди-подожди, — не выдержала Лена. — А зачем тогда рэйд Квор заставлял тебя ложиться в постель со своими приятелями?
— А-а, — Дотти сразу поскучнела. — Некоторые болезни только так и можно вылечить. Волчанку, скажем. Артрит или астму. Но только у мужчин. Сенную лихорадку — вообще за одну ночь. А главное, у них общее самочувствие улучшается. Наутро прилив сил, бодрости. Нравится им это…
— А тебе — не нравится?
Девушка взглянула исподлобья, прошептала еле слышно:
— Кому же такое понравится?
Лена на секунду зажмурилась. Что за больной мир! Посмотрела на понурую Дотти, на собственное запястье, которое вечером опять обовьет рабский браслет, и спросила:
— Как тебе удалось бежать?
Родда повернула на очередном перекрестке, в окно ударило солнце, и веснушки на носу Дотти вспыхнули золотистой россыпью. Девушка расправила плечи, словно в ней зажегся огонь, рвущийся наружу горячим блеском в голубых глазах.
— Избавитель подал пример всем нам! У меня не было денег, чтобы выкупить себя. Но Рони показала разрывы и слабые места в запирающем узоре энтоля…
"А вот отсюда поподробнее, пожалуйста!" — мысленно вскричала Лена и в следующие пятнадцать минут выспросила о разрывах и слабых местах все, что только можно. Непонятно, правда, зачем. Дара у нее нет. Добраться до невидимой схемы энтоля без посторонней помощи она не сможет.
Но если Дион перекупит Дотти и заберет с собой в Скир… И будет спать с ней в надежде вылечить свое лицо?!
— Дотти, ты видела иллюзию рэйда Герда?
— Конечно, эм-рэйди, — девушка почему-то смутилась.
— Только давай без официоза. Просто Леннея и на "ты". Договорились?
Дотти испуганно моргнула.
— Ладно, как хочешь, — не стала настаивать Лена. — Ты бы могла его исцелить?
Девушка вмиг съежилась.
— Нет-нет, я не в том смысле, что ты должна. Ты ничего не должна!.. — поспешно заверила Лена, успев подумать с некоторым облегчением: похоже, не настолько она в восторге от Диона, чтобы ради него вернуться к прежней "работе". — Просто интересно, это вообще возможно?
— Не знаю, — растерянно протянула Дотти. — Я видела у него в голове что-то черное, подвижное, ядовитое… Похоже на скорпиона в клетке. У клетки гнутые прутья, и они врастают в мозг. А скорпион мечется по кругу, и я не знаю, как его прогнать.
Скорпион, значит.
Лена задумалась, разумно ли будет попросить девчушку все-таки остановить экипаж — и сбежать с ней вдвоем… Куда-нибудь. А Дотти в это время рассказывала, что избавившись от энтоля, скрывалась в городе, работала в овощной лавке и как раз несла капусту и кабачки одной постоянной покупательнице, когда наткнулась на хозяйского мага, того еще мерзавца.
— Насилу вырвалась от него…
Юная целительница умолкла на полуслове, уставившись на Лену странным взглядом.
— В чем дело?
— Простите, эм-рэйди, примерещилось.
Родда кружила по городу около часа. Закончив с расспросами, Лена достала из-под диванов свои покупки и заставила Дотти сменить рваное платье на клетчатый костюм. Целительница была ниже ростом и плотнее сложением, юбка на ней застегнулась с трудом, но в остальном костюм сел вполне пристойно, даже туфли подошли. Когда родда вдруг остановилась у тенистого скверика и в салон забрался невредимый Дион, его встретили две встревоженные, но нарядные барышни.
— У вас все в порядке? — он перевел взгляд с Лены на Дотти и обрадовал беглянку: — Ты свободна. К завтрашнему дню мой законник оформит документы. А сейчас мы отвезем тебя в убежище.
Девушка всхлипнула, сползла на пол и хотела поцеловать ему руку. Он не дался. А Лене пришлось стать нянькой: усаживать Дотти обратно, обнимать, утирать слезы и обещать, что все будет хорошо. При этом Дион смотрел на Лену так пристально и недоверчиво, что по спине у нее бежали холодные мурашки.
Убежищем оказался неприметный двухэтажный особняк красного кирпича, расположенный на окраине столицы. В мрачноватом холле гостей встретили молодой мужчина и улыбчивая пожилая женщина в клетчатом фартуке. Дион представил их просто: Нирт и Вийла. Женщина по-матерински обняла Дотти, а Нирт, коротко поклонившись дамам, обменялся рукопожатием с Дионом.
Надо же, подивилась Лена. Какая привычная картина: мужчины проходят мимо женщин, чтобы пожать друг другу руки. Совершенно, как в родном мире. У нее даже глаза защипало — до того захотелось домой.
