— Такого провала я не видал уже много лет. Знаешь, как долго я налаживал сеть осведомителей среди Пелетеев. Я бился с ними плечо к плечу в самых ожесточенных сражениях. И вот здесь наладив сеть осведомителей я ожидал неприятностей, но не от своих. Ваша задача простая, приехать из пустыни не вызвав подозрений пробыть здесь три дня и уехать получив информацию. По этому пути пойдут следующие караваны. А вы испортили все дело в первый же день.
Ямин с неудовольствием в голосе спросил:
— Ты вообще кто такой и что здесь делаешь?
— Кто я такой тебе знать не следует. Вы навели на нас ищеек и теперь тебя ищут. Поэтому нацепи свой маскарад вавилонского купца и уходи. Пока ищут на рынке ты успеешь уйти. К вечеру пойдут обыскивать подворье. Не медли, уходи.
Ямин долго думал, что делать и стоит ли обращать внимание на предупреждение. Он решил, что действительно необходимо покинуть Петру, но уже в образе сирийского купца. Утром караван покинул подворье и направился в узкое ущелье на запад. До выхода из ущелья они шли спокойно, но на выходе уже стояла стража, и Ямин понял, что пробиваться придется с боем.
Впрочем оказалось что здесь еще не искали преступника. Стражники осматривали товар и назначали пошлину. Ямин сказал сотнику:
— Скажи ему, что при входе мы уже уплатили пошлину с товаров.
Сотник начал говорить но управляющий начал что-то быстро говорить. Сотник передал Ямину его ответ.
— На выходе все платят десятину, поскольку нет доказательств, что этот товар не приобретен в Петре.
Ямин в другой ситуации начал бы торговаться, но среди его товара лошадь, которую могли легко опознать. К тому же необходимо было скорее покинуть этот город, иначе их могли задержать.
Они уплатили пошлину и покинули Петру. Отъехав от города на приличное расстояние, Ямин оглянулся и тихо произнес:
— Я еще вернусь и припомню жадным торгашам все пошлины.
Повернувшись к сотнику, он спросил:
— Как думаешь, кто нас предупредил?
Сотник ответил не сразу.
— Он упомянул пелетеев. Видимо он очень важный человек среди слуг Давида и уже давно занимается добычей информации.
Ямин подумав, решил, что он прав.
Военная сила Израиля шла тремя путями в Эдом что сразу ослабило защиту эдомитян. Царь Эдома не знал с какой стороны будет главный удар. Поэтому основную силу он послал в долину Соляную.
Тем временем Авишай подступил к долине Соляной. Выходить прямо в лобовое сражение он не спешил и, узнав от соглядатаев, где расположен лагерь эдомитян стал выжидать. Выждав время, когда эдомитяне устанут, и начнут пренебрегать осторожностью, Авишай подступил к лагерю.
Первыми в сторону лагеря полетели огненные стрелы. Ночь осветилась падающими огненными стрелами. Загорелись палатки и сухие мешки. Началась паника но это ненадолго. Пока эдомитяне тушили пожары в лагерь вошли копейщики, и началась рубка.
Колесницы во главе с военачальником попытались уйти, но Урия и Наарай ждал этого момента. Колесницы пошли на перерез и началась ожесточенная сеча. Колесницы перемешались, свистели стрелы и крики на разных языках. Подоспели копейщики, посланные Авишаем, и эдомитяне начали сдаваться.
К рассвету стало ясно, что эдомитяне разгромлены. Пленных оказалось две тысячи человек. Осмотрев убитых, насчитали восемнадцать тысяч эдомитян. Но царь бежал с лучшими своими людьми. Авишай собрав все, что было в лагере поспешил в Петру.
Давид шел пустыней и не спешил. По пути он брал небольшие городки и при сопротивлении города уничтожались. Иоав шел от Хеврона и также брал приступом все города попадающиеся по пути. Обойдя Петру с двух сторон, два воинства Израиля закрыли выходы из города и сели в осаду.
По прошествии месяца стояния Наарай уверено произнес:
— Они непременно выйдут. Долго сидеть в своих скалах они не смогут.
Эта уверенность строилась еще и на том основании, что Урия смог найти горные тропы и добрался до вершины, с которой открывался вид на центральную площадь города. Теперь ее постоянно закидывали стрелами, не давая никому и носа высунуть из пещер либо подойти к водоемам.
Ночью в лагерь прибыл Хушай который все это время следил за обстановкой в Петре. Он сообщил что будет два нападения. Один отвлекающий на западный лагерь. А затем на восточный поведет сам царь с избранными своими воинами. Об этом говорило накопление этих военных в ущельях возле ворот.
Первыми из окон башен спустились разведчики. Они прошли далеко и не увидев никого подали сигнал факелом. В темноте вдали стояли израильтяне и ждали. Они ждали, пока противник мчится на освещенный кострами лагерь. Когда уже стал слышен грохот колесниц и в воздухе стали слышны крики атакующих они ждали.
Лагерь был обнесен связками частокола острием вперед и лошади, напоровшись на них, дико заржали. Колесницы начали опрокидываться и люди стали испугано кричать, вылетая из колесниц и многие, ломая себе шеи, уже не встали.