– Скорее всего, реакция организма на дикую смесь мощных обезболивающих, транквилизаторов и большого количества алкоголя. Праздник, знаешь ли… Дурацкая смерть. И очень не вовремя.
Диана прошлась по кабинету. Ходить ей было еще больно, но сидеть в такой ситуации для нее было невыносимо.
– Точно никто не отравил?
Хмыкаю.
– Ну, разве что я. Мы с ней пили всю ночь. Я не знал, что она на колесах. Так что у следствия сейчас три основные версии – я (тут куча вариантов формулировок и квалифицирования дела), ошибка медицинского персонала, которая, вероятнее всего, будет переквалифицирована в медицинскую халатность, повлекшую за собой летальный исход, и смерть по неосторожности. Где-то там в кулуарах бродит и версия о самоубийстве, но никто не хочет связывать имя императрицы и малодушное самоубийство. Так что я уже сегодня общался со следователем.
– У них есть на тебя что-то?
– Не особо. Пили наедине – да, было. Потом я ушел спать. Референты и доктора свидетельствуют, что императрица лично проводила меня до двери и мы еще обменялись шутками. Потом я ушел, а она закрыла дверь. Больше ее живой никто не видел. Мониторинг у нее в покоях не ведется. Так что…
– Но ведь ты ушел? Какие вопросы? Она же жива была?
Пожимаю плечами.
– Неоднозначно. Есть яды, которые действуют не сразу, а потом растворяются без следа. Или я мог знать, что она на сильных колесах, и все время подливал ей крепкое сухое вино, зная, что организму сие опасно. Есть еще варианты. В общем, все реально сводится к тому, кто станет следующим императором, останусь ли я при нем кесарем или попаду в опалу, вот тогда следствие дело либо закроет, либо… Ну, ты понимаешь. Надо идти.
– Куда? На тебе лица нет. Где Маша?
– В морге. В кабинете работают эксперты следственной группы.
– Ну, вот. Поспи хоть часик. Ты им там не нужен. Тебя разбудят.
Да, глаза просто слипались.
– Ну, разве что сидя в кресле прикорну.
– Ну, хоть так. Я и твои бойцы на страже. Спи.
Из всех, кого я знал, нас проводить прибыла только Эбигейл. Ветер развевал полы ее черного плаща, являя под собой черное же, сверкающее мелкими рубинами платье, когда ей распахнули дверцу лимузина. Нужно ли говорить, что огромный, роскошный бронированный лимузин был тоже иссиня-черным? Лишь два официальных флажка на капоте. Знамя Богородицы и личный штандарт Императрицы-Кесариссы.
Конечно, Эби прибыла не одна. Целый кортеж. Телохранители, связисты и прочие протоколисты с референтами. Телохранители рассыпались по площадке, принимая под охрану и обеспечение все пространство по секторам. Воздух наполнился жужжанием коптеров и гудением боевых дронов охраны.
Эбигейл сделала знак охране, и они отстали, привычно разбирая новые сектора и рассредоточившись в двух десятках шагах.
Я усмехнулся, когда она подошла.
– Почему ты улыбаешься?
– Sic transit gloria mundi. Хорошо выглядишь.
Эби кивнула:
– Так проходит мирская слава. Да, спасибо. Привет, Ди.
Диана кивнула. Она стояла у трапа вертолета. Дети и Аяна уже были внутри и ждали нас.
– Куда вы теперь?
– На Ольхон. Домой.
– Но там же холодно сейчас! Лед кругом!
– Ничего. Дома и стены греют.
– Но у вас же есть прекрасное имение на Жемчужных островах!
– Мой дорогой друг и твой царственный муж Сашка отобрал у нас всё, включая деньги, все имущество, включая штаны и исподнее. И особняк в Константинополе и виллу в Новом Илионе тоже конфисковали. Ольхон только не смогли у нас забрать. Все-таки именной подарок государыни Марии Второй за верную службу во славу Отечества. – В моем голосе звучала горькая ирония. – Так что мы сегодня путешествуем налегке. Ну, в крайнем случае, если отберут последнее, улетим на Луну. Папа, надеюсь, не выбросит нас в открытый космос по прихоти твоего благоверного. Во имя, так сказать, выражения верноподданнических чувств в адрес обожаемого Александра Пятого Всетерранского.
Невесело усмехаюсь, но Эби крайне серьезна.
– Бабушка просила передать, что если что, то она вам всегда рада, и ни одна сила на Земле не заставит ее вам отказать в приюте. Вся Шотландия – ваш дом.
– Передай бабушке, что я постараюсь погостить с семьей, но потом, когда все уляжется. Не хочу никого подставлять. Мы сейчас что те зачумленные. Так что карантин на Ольхоне нам и всем пойдет только на пользу.
– А Марс?
Качаю головой.
– А от марсианской программы меня тоже отстранили.
– Как отстранили?! Ты же ее создавал!
– А вот так. Недостоин представлять Императорскую Фамилию в историческом полете. Виданное ли дело – цареубийца вонзает флаг Империи в Марс и провозглашает планету владением Короны! Хорошо хоть делу по обвинению в убийстве императрицы не дают пока ход, да и то «Ввиду недостаточности улик». Собирает прокуратура. Ну, какой с меня Герой Марса? То-то же. Прилетим в Ольхон, разожжем печь, протопим, вот и перезимуем как-то. Там тоже люди живут. А там видно будет.
– Но у вас трое маленьких детей!
