Царь зверей не лев полностью

— Так вы не переносите полеты, сын мой, — обратился ко мне аптекарь. — Никто другой не сможет понять вас так, как я.

И он поведал нам свою историю. Аптекарь был из семьи плантатора. Он учился в Англии, преуспевал в науках, но учение не занимало его. Его заветной мечтой был спортивный пилотаж.

— Проклятая морская болезнь, — вздохнул он. — Не было средства, которого бы я не испробовал, — и все напрасно.

Аптекарь помрачнел и задумался, устремив взгляд в пространство. Мы тоже молчали.

— Я лечился у лучших специалистов, — продолжил он после длительного молчания, — но это были лишь выброшенные деньги. Потом мне посоветовали обратиться к знахарю. — Печаль на его лице сменилась ужасом. — Меня завернули в простыню и по знаку знахаря стали трясти, подбрасывать, качать. Музыканты били в тамтамы, а женщины из племени пританцовывали и пели вокруг меня.

Аптекарь прикрыл глаза, очевидно, все это представив себе снова. Я предпочел не следовать его примеру.

— Лечение началось на рассвете, а закончилось поздно ночью. Вокруг меня попеременно сменилось все племя.

— И что же потом? — с интересом спросил Маррей.

— Что же, нетрудно себе представить, что я испытал и как я после всего этого выглядел... Я серьезно заболел, долгое время пробыл в бреду, а когда наконец снова встал на ноги, от меня остались кожа да кости.

— Но вы излечились, не так ли?

— Да, от полетов я излечился окончательно.

Когда мы покидали его — разумеется, без лекарства, Маррей сказал мне:

— Знаешь, Джо, лечение на каждого действует по-разному. Может, тебе стоит... Что, если нам заскочить к этому знахарю?

Я ему ничего не ответил.

Излечился я сам по себе и при довольно драматических обстоятельствах.

Дикие животные — это не только промысел мяса, не только цель увлекательной охоты и даже не принадлежность отдельных государств, это достояние всего человечества, равное по своей ценности такому культурному наследию, как Триумфальная арка, храм святого Витта или Акрополь.

При хорошо организованном отлове требуется как минимум пять машин — три легковых джипа и два грузовика. На отлов ежедневно отправляются два джипа с командой, вооруженной лассо, и один грузовик с ящиками, в которых пойманных животных доставляют в лагерь. Третий джип и второй грузовик остаются в резерве: если они не на ремонте, на них ездят на заготовку кормов, за покупками.

Так как почти ежедневно приходится ездить на большой скорости и притом по очень неровной местности, поросшей колючими растениями, машины быстро выходят из строя и нуждаются в постоянном осмотре и ремонте. Во избежание излишних хлопот с запчастями, колесами, шинами и т. д. мы всегда старались покупать машины одной и той же марки.

Для каждой машины надо иметь по крайней мере два диска с камерой и шиной, не считая запасных, всего в общем семь колес. Если при работе в джипе обнаружится какая-нибудь неисправность, то дается сигнал второму джипу, и он подключается к работе. На замену колеса обычно уходило самое большее две минуты, и работа продолжалась дальше. Каждый день у нас бывало как минимум пять, а как максимум тридцать пять неполадок, поэтому грузовику приходилось всякий раз не только отвозить в лагерь отловленных животных, но и брать проколотые шины и привозить запасные, хорошие. Эти работы были возложены на помощника механика, и он действительно не мог пожаловаться на нехватку работы.