– Женщины равны нам, как и мы равны им. – Амур следит за тем, как Распутин ставит стол и встает в угол, все так же зажимая нос. – Вместо того чтобы презирать своего врага, ты должен питать к нему уважение. Иначе в чем смысл твоего противостояния, если ты не считаешь соперника равным себе?
Хастах молча покидает кухню, оставив вопрос висеть в воздухе без ответа. Разумовский отпивает мутную жижу из граненого стакана, игнорируя Идэр, решившую помочь Малену. Она мочит полотенце и протирает его разбитое лицо.
– У меня для вас есть прелюбопытнейшее предложение о сотрудничестве, маленькая княжна.
Киваю. Амур становится туда, где раньше стоял Мален, который теперь наблюдает за нами, выглядывая из-за Идэр.
– Мы доставим вас туда, куда пожелаете. Даруем вам долгожданную свободу.
– Чего вы хотите взамен?
– Я знал, что в душе вы предприниматель, как ваш драгоценный папочка. – Амур не скрывает издевки в голосе. – Нам нужна информация. Если вы сможете нам ее предоставить, то будете свободны. Ну, мы устроим небольшую совместную вылазку, а потом вы отправитесь домой.
– Я хочу документы. И свалить подальше из этого проклятого царства.
Разумовский приоткрывает рот, но, так ничего и не сказав, усмехается. Мну рукава туники, сжимая ткань до боли в пальцах.
Когда-то я раздавала приказы, сейчас не могу связать и двух слов, чтобы те не звучали убого и жалко.
– Так вы у нас бунтарка?
– И ты не спросишь, о чем вообще речь? – вмешивается Распутин, и я бросаю на него очередной неодобрительный взгляд.
– Мне плевать, – рычу я, задирая подбородок. Демон издевательски смеется.
– Это смертельно опасно, – настаивает Мален.
Зачем этот идиот пытается отговорить меня?
– Как мне бояться смерти, если я толком не видела жизни? – Не получив ответа от похитителя, обращаюсь к Разумовскому: – Там будет тюрьма?
Амур выдерживает паузу, раздумывая. Избегаю Малена и любой возможности пересечься с ним взглядом. Разумовский упирается спиной в стену и пропускает изъеденные молью занавески между пальцев. Они остаются пылью на манжетах рубашки, остатки сыплются на пол. Он слабо улыбается собственным мыслям и поднимает изумрудные глаза на меня. Тени придают рубцам ужасающий вид. И все-таки есть в нем что-то такое, что заставляет задержаться взгляд. Ровный нос со шрамом, пересекающим переносицу, острые скулы.
Я вспоминаю. Разумовский. Селенга Разумовская – его мать. Дворянка, покровительствовавшая преступникам. Отец презирал ее. Я видела госпожу Разумовскую мельком, будучи совсем юной. Она была вместе с госпожой Иден на смотринах старших сестер.
Почему тогда ни одна из сестриц не вышла замуж за Разумовского или кого-то из сыновей княжеской семьи Иден?
– Нас ждет умопомрачительное путешествие, маленькая княжна.
Амур
Разбирая бумаги Стивера, я в тысячный раз жалею о решении разделить обязанности между Смертниками. Но иначе мы бы не поспели и к следующему столетию. Месть – блюдо, подающееся холодным, но не скисшим.
Царь должен пасть от моей руки, а не дожить свою жизнь на пуховых перинах. Никто не сунется к Волгану по своей глупости. Дело за малым. Я всего-то должен опередить Смерть, чтобы та не забрала царскую душу себе. Она моя. И я ее уничтожу.
И хоть теперь мне не приходится расчерчивать карты и собирать взрывчатку, как это происходило до Лощины, я не получаю ничего, кроме пары лишних часов сна и головной боли.
Желтые листы плотно исписаны формулами. Местами чернила и уголь смазались, но это не мешает глазам скользить по аккуратным буквам и цифрам.
Малец постарался на славу.
Спиной упираюсь в стену, прохладную и хранящую запах осенней сырости. Надеюсь, что кипы бумаг, разбросанные вокруг, разберут себя сами.
Мален похитил девчонку из отчего дома и угодил с ней в плен. Почему она, а не старшая Романова? Елену было труднее увести? Не мог же этот простофиля решить, что они равноценны!
Елена обещана женой Катэну Гриневицкому, старшему сыну Ланцуга, правящего у подножия Западных Гор. Жена Ланцуга – Эльги, сестра Кегала Крупского, князя Черноградского.
О Западных Горах ходит много слухов, но благодаря моим некогда близким отношениям с царем я знаю, какие из них правдивы. В недрах скал должно скрываться с полсотни тоннелей, сделанных для незаметного передвижения наших войск к границе с враждебной Меряной. Эти тоннели могут помочь нам быстро и незаметно пройти в Черноград.
Карты должны быть у Эльги Гриневицкой и ее сестры, Маномы Емельяновой.
Раз Мален потерпел неудачу, придется отбросить идею шантажа и прибегнуть к старому доброму воровству.
До Емельяновых ближе, но личная дружина князя Вадока Емельянова когда-то славилась своей ловкостью. Нет времени и желания проверять, так ли хороши они сегодня. С другой стороны, основные силы наверняка брошены на мою поимку, и охрана поместья будет слабее.
До Гриневицких путь дольше, да и горы с одной стороны от княжества помешают пробраться незамеченными, так как основное сосредоточение дружинников будет у границ с Торговым Путем и Выжженными Землями. Там, откуда идем мы.
