Надо было терпеть до утра. Он уперся затылком о шершавый ствол сосны. Несмотря на голод, усталость взяла свое. Голова тут же закружилась и сознание поплыло. Место, где сидел старик, наполнилось странным голубоватым светом. Пламя костра теперь отливало сталью и синевой. Границы фигур расплывались, и возникало непонятное, тревожное ощущение. Неожиданно, стальное пламя закрутилось смерчем, создавая новую фигуру. Теперь синий огонь бил прямо из земли, собирая над собой бесформенное облако. Постепенно столб огня начал оседать, и приобретать некую форму. Облако уплотнялось до тех пор, пока не появилась высокая женщина с красивым, но очень жестким лицом. Она поправила и без того безукоризненно сидящее на ней белое платье и поплыла в сторону Ольгерда. На границе круга женщина остановилась и поманила его к себе. Движения её были ласковыми и повелительными одновременно. Давление, сопротивляться которому невозможно.
Юноша поднялся навстречу, но неожиданный порыв ветра толкнул его обратно, перед ним стояла Ирана. Девушка как всегда появилась из ниоткуда. Ветер рвал ее длинные волосы. Черные кончики прядей хлестали по лицу, оставляя кровавые следы. Эти шрамы словно кричали о чем то, но Ольгерд не слышал. Им полностью завладела белая женщина. Она будто на привязи держала взгляд юноши. Вокруг нее все замерло, листья и трава пожелтели и пожухли как осенью. Пространство наполнялось тяжестью и покоем, порывы ветра не тревожили стекающие по плечам серебряные, ухоженные локоны. Вихрь, гнущий верхушки деревьев обтекал женщину как гранитную скалу, ни одна складка ее платья не шевелилась. Она улыбнулась и провела рукой. Ирана исчезла. Тонкие изящно вычерченные губы приоткрылись.
- Твой друг зовет тебя.
Ольгерд сделал шаг навстречу.
- Поторопись. Твой друг хочет обнять тебя.
Юноша, не отрывая взгляда от прожигающих его черных, бездонных глаз, зашагал быстрее. Белая женщина протянула руку.
- Дай мне свою ладонь, я проведу тебя.
Ольгерд безропотно протянул руку. Тонкие женские пальцы обвили грубую, израненную кожу его ладоней.
- Иди ко мне. – Голос манил и притягивал.
Юноша сделал еще один шаг. Преграда, разделяющая их, стала видимой и почти осязаемой. Голубовато-стальное свечение стояло по всей окружности начерченной жрецом. Пальцы Ольгерда вошли в полосу света, и в этот момент кто-то с силой дернул его назад. Рука женщины, державшая его, вылетела за границу круга. Раздался дикий, звериный вой. То, что было женскими пальцами, на глазах Ольгерда, превращалось в жуткую звериную лапу. Длинные, стальные когти сжались и рванули его на себя. Железная кольчуга расползалась как истлевшая тряпка. Из-за призрачной дымки, немигающими, змеиными глазами, на него смотрело чудовище.
Тот, кто еще недавно был женщиной, тащилпарня в круг, а кто-то неизвестный держал и не пускал. Мышцы напряглись до предела, вены вздулись, и невыносимая боль скрутила руку. Казалось еще мгновение и демон вырвет ее с корнем, но в этот момент что-то изменилось вокруг. Сияние и голубоватая прозрачность начали мутнеть. Цвет границы круга изменился на мутно-серый. Еще один нечеловеческий крик боли огласил поляну. Преграда вспыхнула в последний раз и исчезла. Исчез и демон. Ольгерда отбросило на землю, а словно срезанная клинком лапа чудовища осталась в его руке. Она все еще сжималась и раздирала его плоть. Юноша оторвал от себя задымившуюся тварь и отбросил в сторону. Та вспыхнула, еще не долетев до земли, а упав, догорела неестественно-синим ярким пламенем.
Ольгерд бессильно откинулся назад, перед глазами раскинулось ночное небо. Сознание вновь покидало его. Он напрягся изо всех сил, чтобы повернуться и посмотреть на своего спасителя, но тело его не слушалось. Лишь на фоне лунного диска мелькнули знакомые черные пряди.
Очнулся Ольгерд уже утром. Солнце подбиралось к зениту, говоря о том, что спал он очень долго. Старика не было, хотя Фарлан по-прежнему лежал там, куда его положили вчера.
- Кстати, а где суми? – Спросил юноша сам себя, пытаясь подняться.
Он оперся на правую руку и взревел от боли. Ольгерд посмотрел на изуродованную до локтя руку, смутные образы стали наполнять голову. Он ничего не помнил. Дурацкий ночной кошмар из стирающихся образов никак не связанных между собой. Заболела голова. После осмотра кольчуги, разодранной от плеча до кисти, вопросов только прибавилось.
- Кто это тебя так? – Неожиданно появился суми. – Надо лечить.
- А, ты здесь. – Ольгерд не знал, как реагировать. В таком положении, с неподвижной правой рукой он сам теперь мог оказаться в роли пленника.
- Странная рана. Рука вся разодрана, а крови нет. – Суми присел на корточки. – Заговоренная она.
- Кто? О чем ты?
Суми сощурил свои и без того узкие глаза.
- Не знаю, что тут было ночью. Спал как убитый. – Паренек с интересом рассматривал руку. – Заговорили кровь.
- Кто? – Продолжал тупить Ольгерд.
- Пойду я. Ждал, когда ты проснешься. – Суми встал. – Друг твой живой. По уговору, я свободен. Пойду.
- Хорошо, давай. – Ольгерд кивнул, на большее у него не было сил.
Суми пошел к изгороди, но на полпути обернулся.
