- Парень умрет. У него горячка. День от силы два. – Старик безапелляционно развернулся обратно. – Я тут бессилен.
Рорик бросил взгляд в спину жреца. Глаза конунга отливали сталью и бешенством, лицо заострилось. Фарлан это взгляд Хендриксов помнил очень хорошо. Под точно такой же взгляд его отца, они под чистую вырезали городища суми и вендов.
- Слушай меня старик. Мой племянник должен выжить, и ты его вылечишь. Если нет, умрешь ты, твоя внучка и вся твоя родня до седьмого колена во всей земле суми. – Рорик ронял слова в спину Вяйнериса.
Не дожидаясь какой-либо реакции, конунг развернулся к своему помощнику.
- Ночевать будем здесь. С рассветом выступаем. Старика и девку стеречь, возьмем с собой. – Сказав, Рорик приобнял Фарлана за здоровое плечо. – Пойдем, старый друг, к костру расскажешь, как все было.
Черный остолбеневший от слов старика, не мог сдвинуться с места.
- Подожди Рорик. Старый, ты что сказал, какая горячка? Чистая ведь рана.
Неизвестно, угроза конунга или крик венда, но что-то заставила Вяйнериса остановиться. Рядом с ним и Ираной уже выросло по охраннику. Повторять Рорик не любил, и его правая рука Озмун это знал как никто другой. Жрец посмотрел на внучку, постоял мгновение и вернулся обратно к раненому.
- Это не та горячка рокси, о которой ты думаешь. Тот медведь. – Он с понимающей улыбкой взглянул на Ирану. – Тот медведь пришел из другого, не нашего мира.
Рорик мрачно следивший за этой перепалкой, бросил свое весомое слово.
- Все в руках матери мира. Как Иранья решит, так и будет. – Он развернулся и пошел к своему костру. – Пошли Фарлан. О земном побеспокоится Озмун, а в дела богов воинам лезть не след.
-
Ольгерд открыл глаза. Первым, кого он увидел, был Вяйнерис. Жрец упер прямо в него свой взгляд, и взгляд этот не сулил ничего хорошего.
- Выжил все-таки. Не думал. Выходит не зря я с тобой две недели мучился. – Старик покачал головой. – Хотя радоваться тебе рано. Ирглис просто так никого не отпускает.
Юноша еще не очень понимал, что происходит и кто с ним говорит.
- Кто такой Ирглис дед? – Ольгерд попытался сесть. – Где я?
Попытка сесть не удалась, голова у парня закружилась, и его вырвало прямо под себя. Вяйнерис равнодушно наблюдал за мучениями парня.
- Не дед я тебе, говорил ведь. – Старик перешагнул через лужу на земляном полу, и пошел к двери. - Лежи смирно, еще дня два, три. Тошнота пройдет.
Ольгерд откинулся на лежанке. Он плохо помнил, что произошло, воспоминания накатывались как клочья тумана. Его везут в Истигард. Жуткая, оскаленная морда чудовища. Стальные когти звериной лапы рвут кольчугу и продирают мясо до кости. Старик с седой бородой мечется вокруг и отгоняет тварь. Красивая черноволосая девушка заговаривает рану, и черная ядовитая кровь течет на землю.
- А-а-а! Прочь тварь! Кто ты! – Орал во все горло Ольгерд.
- Проснулся, наконец. Третий день ждем. – Ирана положила мокрую тряпку ему на лоб. – Ну, хватит орать, а то прибежит еще кто на крик.
- Кто? Зачем? – Юноша еще не пришел в себя окончательно.
- Подумают злая ведьма пьет кровь юного рокси. – Девушка иронично улыбнулась.
- Ты не ведьма, у тебя глаза добрые. – Ольгерд сам не зная, почему захотел сделать ей что-нибудь приятное. Ему вообще сейчас хотелось быть добрым. Со всеми. Со всем миром.
Ирана молча рассматривала парня, как будто увидела в нем что-то, чего не видела раньше.
- Ты когда встанешь своим об этом почаще говори. – Девушка зло скривила губы. – А то они меня по-другому не называют.
- Не бойся, теперь я тебя в обиду не дам. – Ольгерд рассмеялся. Он чувствовал себя невероятно сильным и ловким. Энергия бурлила в его теле. Хотелось вскочить, распрямить плечи. Подбросить вверх эту заносчивую девчонку, так чтобы она испуганно завизжала.
- Все ясно. Эйфория вновь рожденного. – Взгляд Ираны снова стал жестким. – Дед предупреждал. Ты же ведь умер. Тело твое умерло, только душа и осталась. Дед тебя с того света вытащил. Вот твое тело и радуется, поверить не может. Лучше сразу не вставай еще сломаешь себе что-нибудь, а дядя твой мне голову отрубит за это.
Последняя фраза огорчила и разозлила Ольгерда. Плохое про семью не терпел ни от кого, да и про то, что он умер, тоже звучало странно.
- Ты, стало быть, здесь из страха только. – Парень сел на лежаке и свесил ноги. – Так все, можешь идти. Здоров я.
Глаза девушки заледенели.
- Спасибо мой господин. – Голос ее источал сарказм. – Спасибо вам благодетель за милость, за благодарность вашу. Пойду я.
Вылетев наружу Ирана так впечатала дверь, что вся клетушка заходила ходуном.
Ольгерд пожал плечами и произнес свою мысль вслух.
- Странная она какая-то. Шальная.
Дольше переживать по этому поводу ему не позволили. В клеть ворвался Фарлан. Он сгреб парня в охапку и забасил.
- Выжил! Выжил, таки бродяга.
Следом вошли Рорик, Озмун и еще пяток ближних людей конунга. В комнате сразу стало тесно.
- Напугал ты нас племяш. – Рорик потрепал юношу по волосам. – Раз щас не помер, знать не судьба тебе от зверя смерть принять.
Остальные согласно закивали головами.
- Везунчик.
- Из такой горячки выбраться. Видать Оллердан хранит парня.
