Насмотревшись на эту реликвию, мы с Гермионой двинулись дальше по улице, и вскоре спускались вниз по склону, по узкой пешеходной дорожке, мощёной мелким камнем. Справа — стены. Слева — стены. Асфальтовая дорога — две машины не разъедутся, правда им это и не нужно, ведь здесь одностороннее движение.
Пройдя мимо очередной церкви, начинаешь понимать, что всё глубже и глубже погружаешься в историческую часть Рима. Стены… Старинные, частично осыпающиеся, из кирпичей и камня разных размеров, и прямо из этих стен растёт какая-то зелень. С другой же стены свисают настоящие кусты чего-то вьющегося, а архитектура, смесь из старых, новых, целых и не очень домов, начинает напоминать собой лёгкий бред или картины Пикассо.
Один перекрёсток — и ситуация вновь меняется. Теперь пешеходные дорожки заасфальтированы, а проезжая часть — мощёная мелким камнем. Контрасты, повсюду контрасты, но вот что бросается в глаза — нет высоких домов. Парковки, мусорные баки, навесы торговых точек, растения в горшках вдоль летних веранд, косые столбы дорожных знаков, асфальт под ногами снова сменился камнем, из окон домов над нашими головами слышна чья-то экспрессивная ссора, громко смеются посетители ресторана, но всё ещё нет туристов. Почему? Не та улочка. Ну, нас и ещё двух американцев с фотоаппаратами считать за «толпу туристов» я не собираюсь.
Там, вдалеке, в конце этой длинной прямой улочки, виднеется уже Колизей.
Пройдя, наконец-то, по улице до самого конца, мы оказались на широкой асфальтированной дороге с трамвайными путями. Слева, невдалеке — холм, высокие деревья, красота. Справа, столь же невдалеке — холм, растений меньше, виднеются дома, красота. Посреди — Колизей, а точнее то, что от него сохранилось на данный момент. Красота? В какой-то мере. Почему-то я не чувствовал какого-либо эмоционального отклика от созерцания подобного. Возможно, ожидал чего-то большего.
— Странные ощущения, — протянула Гермиона, вглядываясь в стены Колизея через дорогу.
— В чём именно?
— Ну, от Рима ожидаешь чего-то невероятного и грандиозного. А в итоге — из современного и немного изгаженного города мы пришли на площадь с историческими памятниками, прошли через какое-то не самое приятное гетто, а теперь вновь посреди грандиозных памятников старины. Больше похоже на раскопки.
— О, так оно и есть. Это мы ещё Римский Форум не видели с холма. Там вообще всё выглядит, как одна большая раскопка.
— Ты говоришь, как будто был там.
— Видел фото в журнале.
— Пойдём в Колизей?
— Не, там наверняка очереди, вход-то по билетам. Лучше с родителями с утра, тем более отправимся вместе с Паради. Они, как местные, лучше проведут нас по нужным и правильным, а не просто туристическим местам. Хотя, если хочешь духа Рима, я знаю квартал, куда нужно сходить. Там, через реку.
Я указал рукой на запад — где-то там должен располагаться Трастевере со всем своим множеством интересных улочек и забегаловок самого разного толка. Я не помню, просто знаю, что вот там-то можно погулять, посмотреть, пообедать, если правильно подобрать время — рестораны в Риме имеют свойство работать по графику, под завтрак, обед, ужин и так далее, хотя некоторые открываются чуть раньше, а закрываются чуть позже остальных.
Мы обошли Колизей и двинулись к цирку, чтобы оттуда по мосту перейти в Трастевере. Вот здесь людей была просто какая-то огромная толпа — все куда-то идут, смотрят, кто-то фотографирует, кто-то просто стоит или сидит где попало. Хотя по мере удаления от Колизея, количество людей быстро уменьшалось — толпы остались там, у этих руин, у Триумфальной Арки.
— Интересно, — взглянул я на Колизей, когда мы уже удалялись от него. — Что будет, если применить Репаро к такой старинной вещи?
Гермиона посмотрела на меня удивлённо, даже странно как-то.
— Учитывая, — начала она с лёгкими поучительными нотками в голосе, — что сложность заклинания зависит от размера объекта, его структурной сложности и времени с момента поломки… Ничего не произойдёт. Вообще.
— Ну да, силушки тут нужно немало.
— Учитывай ещё и то, что Колизей много раз реставрировали, наверняка внедряли сторонние конструкции и прочее.
— Но всё равно было бы забавно, — ухмыльнулся я. — Представь, просыпаются Римляне утром, а Колизей стоит как новый.
— Очень, ага. Особенно местным ДМП будет смешно. Вроде бы и поступок хороший, но фраза «запахло жареным» не опишет и десятой доли всеобщего кошмара. Если появится волшебник, способный на такое, то представь, как этого неизвестного все будут бояться. Это же силища какая…
Может быть когда-нибудь я попробую осуществить нечто подобное. Не ради силы, нет. Просто чтобы посмотреть, что в итоге получится, и как будет кипеть тот котёл с говном, который многие называют «волшебный мир».
— …И вообще, как ты до такого додумался?
— Да не знаю, — пожал я плечами, когда мы переходили дорогу. — Просто интересно ведь. Вот есть старинная раскопка, что-то важное, грандиозное, а восстановить-то это никак обычными средствами. А тут — раз, и всё. Смотри, изучай.
— Жаль, что это так не работает.
