Сту́пефай отразился и полетел обратно в слизеринца. Как только сгусток неизвестного проклятья почти коснулся моей палочки, я начал оттягивать руку назад, продолжая быстро рисовать палочкой спираль. Визуально могло показаться, что вокруг моей палочки создавалась почти невидимая воронка, в которую угодил сгусток, и которая следует за моей палочкой. Оттянув руку назад и проведя ей по дуге, отправил сгусток обратно.
Из рассеявшегося пара на секунду показалось лицо слизеринца. Такое лицо бывает, когда скажешь смешную шутку, и ждёшь реакции окружающих. Вот только почти сразу в это лицо прилетел Сту́пефай, а следом, в оторвавшееся от земли тело попало то неизвестное мне заклинание. Попало в руку. Ещё в полёте руку вывернуло в нескольких местах, раздался страшный хруст и треск.
— А-а-а… — вопил парень, рухнувший на пол и перекатившийся на бок. — Сука-а-а…
Зрелище, должен сказать, не для слабонервных. Многие повскакивали с мест, желая увидеть детали, или же наоборот, не увидеть, отвернуться.
Флитвик в один миг снял защиту и оказался рядом с пострадавшим, как и я. Профессор движениями палочки останавливал кровь — она обильно текла из многих открытых ран с торчащими обломками костей.
— Профессор…
— Не мешайте, — рыкнул Флитвик.
Кивнув, отошёл на пару шагов. Некоторые ребята поспешили подойти поближе, но не вплотную — держали дистанцию в несколько метров от профессора, работавшего со скулящим пострадавшим. Взмах палочки, и кости быстро начали вставать на место. Но вновь раздался хруст.
— А-а-а!!! — вновь завопил парень.
— Тёмная Магия… — выдохнул профессор, вновь остановив кровь — только это и получалось.
— Ну вот, — заговорил Нотт, стоявший рядом с Драко. Заговорил громко, для всех. — Теперь магглорождённый будет применять явно смертельную Тёмную Магию к чистокровным. Куда катится эта школа.
— И не говори, — поддакивал ему Драко не менее громко. — Я обязательно напишу об этом отцу.
Флитвик чарами поднял парня в воздух и поспешил, полагаю, в больничное крыло.
— Ах, как же так, как же так, — запричитал Драко, когда Флитвик вышел, а остальные начали активно, но тихо обсуждать увиденное, оставаясь стоять здесь. — И откуда бы всяким грязнокровкам знать Тёмную Магию? Ума не приложу…
Повернувшись к Малфою, и попутно заметив, что некоторые ученики всё-таки видели, что именно произошло, я решил высказать и свою позицию.
— Не стоит ещё больше дискредитировать себя как волшебника, Малфой, — улыбнулся я, убирая палочку в кобуру на предплечье. — Для тех, у кого есть глаза, очевидно было, что я лишь отразил это заклинание, а не являлся его автором.
— Ну-ну, — ухмылялся Малфой, а Нотт вторил его действиям. — Мне кажется, что ты просто зазнался, раз решил использовать что-то подобное. Готовься идти на ковёр к директору.
— Так ли это?
Остальные начали слушать нас внимательнее, ведь любая перепалка — событие в Хогвартсе!
— Я, например, — сделав шаг вперёд, я подошёл к Малфою. — Могу точно назвать каждого из присутствующих, кто увидел хитрость двойного заклинания. Таких, кстати, чуть больше трети — остальные просто не смотрели. Так скажи мне, Малфой, каков твой выбор?
— Какой, к Мордреду, выбор? — усмехнулся мой белобрысый собеседник.
— Настаивать на своей точке зрения, неверной, кстати, показывая себя, как не самого хорошего волшебника? Или же признать, что в конкретной ситуации ты ошибся?
— Мне нет нужды что-то выбирать. Мои слова могут подтвердить Нотт, Кребб и Гойл, — Малфой кивнул за спину, где, собственно, эти ребята и тусовались.
— Прискорбно, — кивнул я, принимая такую позицию. — Значит, всё-таки, быть некомпетентным волшебником для тебя менее ужасно, чем ошибившимся волшебником. Но, в любом случае, я должен тебя поблагодарить.
— М-да? — протянул он. — Интересно, за что?
— В своём стремлении как-то со мной конкурировать, ты либо превозносишь меня до своего уровня, либо опускаешься до моего, — я вновь кивнул, улыбнувшись. — Думаю, не мне одному интересно, какой ответ верен.
Не став дожидаться ответной реакции, я покинул зал, и даже успел это сделать, прежде чем немного разозлившийся, но к удивлению взявший себя в руки Малфой придумал хоть какой-то ответ.
Интересно, кто надоумил этого старшекурсника использовать подобную магию? А то, что это не его личная инициатива — очевидно. Слишком уж разные у нас весовые категории, чтобы, для начала, хотя бы просто вызывать меня на учебную дуэль. У этих слизеринцев с их стремлением быть магическим аналогом обычной аристократии, слишком много различных условностей и заскоков.
